Показатели состояния здоровья молодежи РФ являются низкими по сравнению со странами восточной, западной Европы и некоторых стран-соседей [3]. Забота о здоровье – это прерогатива старых (старше 70 лет), уже больных или состоятельных людей – таково общественное мнение россиян [5]. Мотивация к здоровому образу жизни продолжает оставаться низкой. Как ни парадоксально, причина тому – трансляция моделей здоровьесберегающего поведения, осуществляемая субъектами государственного сектора системы здравоохранения: «Непопулярный либеральный подтекст, фиксируемый на уровне политических документов, экспертных оценок о снижении расходов и необходимости перевода здоровья в собственность гражданина, остается в тени» [4]. Пора оценить значимость социокультурных аспектов в созревании понимания ценностного отношения к здоровью в молодежной среде.
Проблема настоящего исследования – противоречие в несоответствии декларируемых витальных ценностей современного общества с фактическим витальным поведением, в частности, рассогласование в уровне витальной компетентности студенческой молодежи и референтах ее жизнестойкости. Целью исследования является выявление социокультурных модусов здоровьесберегающих практик и жизнестойкости верующего студенчества светского технологического и духовного вузов. Для решения поставленной цели разработан соответствующий инструментарий, проведено качественное и количественное исследование по выявлению социокультурных особенностей здоровьсберегающих практик и социокультурного эталона здоровья студенчества в зависимости от степени реализации религиозных традиций (N = 448). Эвристическим и теоретико-методологическим потенциалом в исследовании здоровьесберегающих практик и особенностей образа жизни верующей студенческой молодежи высших светских и духовных учебных заведений обладает постнеклассическая виталистская концепция жизненных сил. В рамках исследования применялись следующие методы: анкетирование студентов (N = 160) 1–4 курса в возрасте от 18 до 22 лет факультетов различной профессиональной направленности Казанского национального исследовательского технологического университета, а также воспитанников пастырского факультета Казанской духовной семинарии в возрасте от 18 до 27 лет; полуформализованное глубинное интервьюирование студентов КНИТУ и КДС (N = 44); опрос на определение уровня жизнестойкости по модифицированному «Тесту жизнестойкости» Д.А. Леонтьева [2] по показателям – вовлеченность, контроль, принятие риска (N = 115); онлайн-опрос православной студенческой молодежи РТ (N = 129) на определение типа обращения в православие по 8-типной модели Л.П. Ипатовой [1].
Выявлено, что специфика здоровьесберегающего поведения православной студенческой молодежи вузов технологического и духовного образовательного профиля выражается в некоторых различиях, детерминированных социокультурными факторами:
Жизнестойкость в настоящем исследовании предполагает способность к интеграции в новые жизненные условия, устойчивость, социально-ролевую адаптируемость, которые эмпирически измеряются с помощью индикаторов «принятие риска», «вовлеченность» (активность, нацеленность, жизнетворчество) и «контроль над аффективной средой». Сравнительный анализ общей жизнестойкости верующей студенческой молодежи КНИТУ и КДС представлен в табл. 1.
Таблица 1
Сравнение показателей жизнестойкости студенческой молодежи светского и духовного вуза, разной профессиональной направленности (средний балл по адаптированному тесту Д.А. Леонтьева)
|
Индикатор |
КДС (духовный вуз) (N = 55) |
КНИТУ (светский вуз, гуманитарии) (N = 30) |
КНИТУ (светский вуз, технические специальности) (N = 30) |
|
Вовлеченность |
39,6 |
26,4 |
42,2 |
|
Контроль |
33,9 |
9,3 |
39,2 |
|
Принятие риска |
12,0 |
18,2 |
12,0 |
|
Общий показатель жизнестойкости |
85,5 |
53,9 |
93,4 |
Таким образом, студенты духовного вуза – Казанской духовной семинарии – и студенты светского вуза технической специальности – Казанского национального исследовательского технологического университета – продемонстрировали высокий уровень жизнестойкости, поскольку средний балл по общему показателю жизнестойкости составил 93,4–93,6 баллов, что выше нормы. Третью позицию по общему показателю и также по индикаторам «вовлеченность» и «контроль» заняли студенты гуманитарных специальностей светского вуза. Однако по индикатору «принятие риска» гуманитарии КНИТУ оказались выше нормы среднего значения – 13,91, даже с учетом стандартного отклонения – 4,39, набрав в среднем по 18,2 балла. Первую позицию жизнестойкости по индикаторам «вовлеченность» и «контроль» заняли студенты КНИТУ технической специальности, набравшие в среднем по 39,2 за контроль и 42,2 за вовлеченность. Высокий уровень контроля показали воспитанники КДС, которые набрали в среднем 33,9 балла, что превышает норму среднего значения по тесту жизнестойкости. Первую позицию по общему уровню жизнестойкости занимают студенты КНИТУ технической специальности – 93,4 балла, вторую – воспитанники КДС – 85,5 балла и третью (53,9 балла) – студенты КНИТУ гуманитарных специальностей при среднем значении нормы по тесту – 80,72 балла. Большинство участвующих в исследовании студентов обладают выраженной жизнестойкостью и способностью к адаптации.
Обыденные социальные представления о здоровье, болезни и практиках здорового образа жизни православных студентов КНИТУ и КДС были выявлены с помощью качественного исследования – полуформализованных интервью. На основании полученных данных сформирован социокультурный эталон здоровья православной молодежи данных вузов. Установлено, что отличительная особенность здоровьесберегающих практик православного студенчества светского и духовного вузов, а также студентов с менее выраженной реализованностью религиозных традиций состоит в диаметральной природе смыслов-ориентиров – духовно-ценностных или материально-целевых. В соответствии с этим выявляется – какие здоровьесберегающие практики наиболее распространены среди студентов гуманитарной, технологической направленности КНИТУ и пастырского факультета КДС. Интервьюирование показало, что среди основных практик здоровьесбережения студентов КНИТУ оказались легитимные практики, обусловленные материально-целевыми смыслами, направленными на достижение конкретных оздоровительно-сохранительных целей, отказа от вредных привычек и отражающими универсальный социокультурный образец здорового образа жизни. Среди высказываний воспитанников КДС систематически появлялись ответы, подчеркивающие духовно-ценностную смысловую ориентированность. Духовно-ценностные смыслы проявлялись в таких своих признаках, как стандартные, легитимно-одобряемые средства достижения долговременной цели, согласованность выбора практик с предполагаемыми последствиями, ожиданиями, минимальная субъектность в пространстве реализации практик, локальность и, главное, репродуктивной направленностью, выражающейся в воспроизведении образца. Материально-целевые смыслы были определены согласно своим ключевым свойствам: потенциация-продуктивность, умножение смыслов, выраженная субъектность, направленность на решение проблемы, разнообразность, универсальность, применение как стандартных, легитимных, так и нестандартных, нелегитимных способов достижения конкретной, чаще краткосрочной цели и др. Выявлено, что социальные представления православного студенчества о здоровье исходят из следующих детерминирующих признаков и подходов:
1) отсутствие патологий, болезней, недугов (нормоцентрический подход);
2) нормальное, обычное состояние организма, когда здоровье подразумевает совокупность среднестатистических норм поведения (нормоцентрический подход);
3) целостность физического, психологического, социального благополучия (системно-холистический подход);
4) здоровье как ценность (аксиологический подход);
5) здоровье как ресурс, позволяющий полноценно выполнять социальные функции (инструментальный подход);
6) баланс, гармония внутреннего и внешнего, равновесие организма и среды (адаптационный подход).
Социокультурные особенности здоровьесберегающего поведения студентов светского технологического вуза и воспитанников духовного учебного заведения выявлялись с помощью анкетирования. Респонденты были отнесены к определенным типам религиозности с помощью следующих методик эмпирической оценки религиозности и ее дополнительных показателей: шкала уровня религиозности Ипатовой Л.П. (типы религиозного обращения), многомерная концепция религиозности Ч. Глока и Р. Старка, индекс воцерковленности Чесноковой В.Ф., типы консенсуальной и обязанной религиозности Р. Алена и Б. Спилка и др. Выявленные с помощью вышеописанных методик типы, преобладающие среди воспитанников, были соотнесены со стратегиями здоровьеориентированности, разработанными автором, и уровнями витальной метакомпетентности, адаптированными из общей модели витальной метакомпетентности Яковлевой Н.В., как представлено в табл. 2.
Результаты показывают, что существует дифференциация в оценках явлений и условий повседневной жизнедеятельности и реальном поведении в зависимости от того, насколько конфессионально социализирован человек. В КНИТУ на вопрос «Ведете ли вы здоровый образ жизни?» положительно ответили 21 % респондентов, отрицательно, то есть подтвердили, что не ведут здоровый образ жизни, ответили 30 %, а также 42 % выбрали 3-й вариант ответа – «пытаюсь», 7 % респондентов не ответили на поставленный вопрос. На этот же вопрос в КДС положительно ответили 28 % респондентов, отрицательно, то есть подтвердили, что не ведут здоровый образ жизни, ответили 13 %, а также 58 % выбрали 3-й вариант ответа – «пытаюсь» и т.д. На основании результатов количественного социологического исследования сделаны следующие выводы: – специфика профиля образования и профессиональная направленность влияет на информированность воспитанников в области витальных ценностей, здоровья и способов воспроизводства, развития жизненных сил; – подтверждено, что декларированные витальные ценности не всегда соответствуют реальному витальному поведению, однако для верующих студентов как светского, так и духовного вуза характерны высшие (оптимальный и управляемый) уровни витальной метакомпетентности.
Таблица 2
Корреляция типов стратегий здоровьеориентированности с уровнями витальной метажизнедеятельности
|
Стратегии здоровьеориентированности и их типы |
||||||||
|
Самосохранительная стратегия здоровьеориентированности |
Лояльная стратегия здоровьеориентированности |
Саморазрушительная стратегия здоровьеориентированности |
||||||
|
Сберегающе-резервирующий |
Придерживающийся тип |
Индифферентный тип |
Заинтересованный тип |
Декларативный тип |
Безучастный тип |
Нарушающий тип |
Поддающийся тип |
Деструктивный тип |
|
Оптимальный уровень |
Управляемый уровень витальности |
Стандартизованный уровень витальности |
Базовый уровень |
Повторяемый уровень витальности |
||||
Подтверждена гипотеза о том, что верующая студенческая молодежь как технических, так и гуманитарных специальностей более склонна к здоровьесберегающему поведению, чем молодежь с менее реализованными религиозными традициями. Выявлено, что разнохарактерность здоровьесберегающих практик верующей студенческой молодежи светского и духовного вузов состоит в диаметральной природе смыслов-ориентиров, формирующих индивидуальные формы личностной активности, проявляющейся в выборе стратегий здоровьесберегающей деятельности.
Сравнительный и корреляционный анализ результатов количественного и качественного исследования православной студенческой молодежи технологического светского вуза – КНИТУ – и духовного вуза – КДС – продемонстрировал, что степень реализации религиозной традиции студенческой молодежи значительно влияет на здоровьеориентированность, витальную компетентность, а также уровень жизнестойкости и образ жизни. Обобщение и анализ материалов проведенных исследований позволяет сделать следующие выводы:
Таким образом, следует подчеркнуть, что на современном этапе, на фоне постоянных социокультурных трансформаций, когда индивиду особенно тяжело самоидентифицироваться, идентифицировать значимых других, сформировать собственные модели поведения в рамках определенного культурного эталона, важно по достоинству оценить значимость социокультурных модусов в пространстве реализации здоровьесберегающих практик, витальном поведении и жизнестойкости молодежи.
Рецензенты:
Тузиков А.Р., д.соц.н., профессор кафедры ГМУС, Казанский национальный исследовательский технологический университет, г. Казань;
Савельева Ж.В., д.соц.н., профессор кафедры ГМУС, КНИТУ, г. Казань.
Работа поступила в редакцию 21.03.2014.