Применение значительных по объему и интенсивности нагрузок в юношеском спорте стало традиционным. В результате фаза резистентности спортсменов часто сменяется стадией истощения и срывом адаптации, что проявляется невысокой предельной мощностью функционирования, энергетической неэкономичностью, невысоким рабочим диапазоном функционирования органов и систем [4, 5]. Неизбежное в условиях наличия выраженного гипоксического компонента снижение функционального состояния организма, адаптивных возможностей спортсменов не только не позволяет увеличивать тренировочные нагрузки, но и затрудняет их удержание на ранее достигнутом уровне [4, 11], провоцирует развитие дизадаптации [6]. Все это обусловливает актуальность восстановительных исследований с использованием различных методов, в том числе фармакологических.

Учитывая, что для ГАМК-эргических средств характерно проявление антигипоксического, стресс-протективного, кардиотропного, реологического, других компонентов фармакологического влияния [9, 14, 12], они помогут оптимизировать функциональное состояние системы кровообращения дизадаптированных спортсменов. В результате целью настоящего исследования явилось изучение влияния аминалона на параметры системного кровообращения и особенности формирования механизмов поддержания АД.

Материалы и методы исследования

В исследовании принимали участие 27 пловцов в возрасте 10–12 лет (I и II-го юношеского разряда) с признаками дизадаптации по предварительно полученным данным. Изучение влияния аминалона на параметры системной гемодинамики проводились утром в состоянии покоя, через 20 минут отдыха после разминки, в клиностазе. Методом простой рандомизации спортсмены были разделены на группы: 1-я группа – контрольная; 2-я группа принимала плацебо, 3-я группа пловцов получала аминалон (0,25 г; Россия, Акрихин) в качестве средства восстановления сразу после тренировки. Для измерения и регистрации параметров гемодинамики использовались: 4-канальный тетраполярный реограф Р4-02 (Россия); лабораторный интерфейс – аналого-цифровой преобразователь (АЦП); компьютер IBM РС/AT 386, а в качестве электрокардиографической приставки – усилитель кардиосигнала реографа (УКС). Для уменьшения влияния на психоэмоциональное напряжение, вызванное процедурой исследования, перед началом обследования все лица получали подробный инструктаж и разъяснения о задачах проводимой работы. С целью оценки состояния системы кровообращения регистрировались параметры системной гемодинамики пловцов по их функциональному предназначению:

1. Показатели АДс, АДд, АДп, СГД, характеризующие системное артериальное давление.

2. Показатели, характеризующие инотропную функцию сердца: ударный объём крови (УОК), отражающий количество крови, выбрасываемое сердцем за одно сокращение; систолический сердечный индекс (ССИ) ─ соотношение между величинами сердечного выброса и антропометрическими показателями; мощность л.ж. (Млж) также характеризует инотропную функцию сердца, работу левого желудочка в единицу времен, характеризует мощность сердечных сокращений.

3. Общий сердечный выброс (ОСВ) указывает на объемную скорость выброса крови в единицу времени и характеризует контрактильность (сократимость) миокарда.

4. ЧСС определяет хронотропную функцию сердца.

5. Минутный объем кровообращения (МОК) отражает количество крови, выбрасываемой сердцем в магистральные сосуды за минуту; сердечный индекс (СИ) является интегративным показателем, характеризующим соотношение между насосной функцией сердца и антропометрическими показателями. Определяет насосную функцию сердца.

6. Общее периферическое сопротивление сосудов большого круга кровообращения потоку крови – ОПС. Характеризует его сосудистый тонус. Анализ системного кровообращения осуществлялся с использованием статистического программного пакета АРКАДА и Excel 5.0a [7, 8].

Результаты исследования и их обсуждение

В результате проведенных исследований установлено, что показатели системного артериального давления у пловцов первых двух групп в состоянии относительного покоя через 20 мин после разминочной нагрузки не имели достоверных различий (табл. 1).

Таблица 1

Влияние аминалона на параметры системной гемодинамики пловцов в клиностазе (M ± m) через 20 мин после разминки

Примечание. В графе «Вид анализа» – буквами обозначены: А – системное артериальное давление; Б – системная гемодинамика; + – тенденция к достоверности относительно «плацебо».

При исследовании параметров системной гемодинамики установлено, что ЧСС у пловцов 1-й группы составляла 64,6 ± 4,5 уд./мин, а у спортсменов 2-й группы она оказалась выше на 5,9 %, однако, ниже литературных данных [5, 10, 2, 6]. Это в определенных условиях, согласно исследованиям авторов [13], может свидетельствовать об истощении функциональных резервов организма. ЧСС у 3-й группы пловцов, принимавших в качестве средства восстановления аминалон, оказалась в границах нормы и достоверно выше (на 16,7 %), чем у спортсменов группы «плацебо». В итоге, повышая ЧСС, аминалон, на наш взгляд, активировал физиологическую реакцию сердца, которая в большей мере, чем в группах сравнения, компенсировала кислородные потребности организма после разминки [Ванюшин, 2003] и позитивно отражалась на выполнении последующей аэробной нагрузки (тест PWC170).

Насосная функция сердца пловцов, получавших аминалон, также возрастала: МОК и СИ достоверно увеличились на 47,0 и 35,5 % соответственно. Увеличение МОК происходило не только за счёт прироста ЧСС, но и за счет увеличения УОК, и это обеспечивало более эффективный путь адаптации сердечно-сосудистой системы к физическим нагрузкам [3]. Сократимость миокарда (ОСВ) при этом тоже оказалась достоверно более высокой (на 43,0 % и 44,0 %), чем у пловцов групп сравнения.

При исследовании инотропной функции сердца складывалась аналогичная ситуация. УОК, ССИ и Млж оказались больше, чем в группе «плацебо», на 25,6 % (р < 0,05), 18,9 % (р < 0,05) и 43,6 % (р < 0,001) соответственно, а общее периферическое сопротивление сосудов (ОПС), наоборот, достоверно меньше на 32,5 % (р < 0,001), что свидетельствовало о более значимом вкладе сердечного компонента в поддержании АД у пловцов, принимавших аминалон, по сравнению с группами сравнения.

Особенности механизмов, участвующих в поддержании АД спортсменов изучались на основании качественно-количественной оценки параметров гемодинамики посредством анализа числа и силы достоверных корреляционных связей.

Анализ параметров механизмов поддержания АД в контрольной группе показал (табл. 2), что насосная функция сердца в значительной степени определялась величинами сердечного выброса, сократимостью миокарда и мощностью сердечных сокращений и в меньшей степени периферическим сосудистым сопротивлением.

Таблица 2

Интеркорреляционные зависимости показателей системной гемодинамики в контрольной группе пловцов в клиностазе (r) (n = 8)

При этом общее число достоверно значимых корреляционных связей оказалось небольшим (22), причем мéньшая часть (2) имела сильную взаимозависимость показателей, большая часть (12) – среднюю и 5 – слабой силы. Корреляции в контрольной группе считались достоверными, если были больше 0,754; связи от 0,755 до 0,836 – слабыми; от 0,837 до 0,918 – средними; 0,919 и выше – сильными. Анализ параметров механизмов поддержания АД во 2-й группе – группе «плацебо» (табл. 3) позволил сделать вывод, что насосная функция сердца, также как в контрольной группе, в значительной степени определялась сократимостью миокарда, мощностью левого желудочка и сердечным выбросом.

Между ОПС и насосной, инотропной функциями сердца, а также сократимостью миокарда и мощностью левого желудочка соответственно выявлены достоверные отрицательные взаимосвязи, которые свидетельствовали о преимущественной роли в поддержании АД сердечного и незначительной – сосудистого компонента.

Таблица 3

Влияние плацебо на интеркорреляционные зависимости показателей системной гемодинамики в клиностазе (r) (n = 9)

В состоянии относительного покоя во 2-й группе выявлено 26 достоверных корреляционных связей. Из них 9 имели сильную взаимозависимость, 8 – среднюю, 9 были слабой силы. Корреляции в этой группе считались достоверными, если r > 0,666; от 0,667 до 0,836 – слабыми; от 0,837 до 0,918 – средними; 0,919 и выше – сильными.

Анализ параметров механизмов поддержания АД в 3-й группе показал (табл. 4), что активность насосной функции сердца в группе пловцов, принимавших аминалон, больше, чем в группах сравнения.

Таблица 4

Влияние аминалона на интеркорреляционные зависимости показателей системной гемодинамики в клиностазе (r) (n = 10)

Она обеспечивалась увеличением сердечного выброса, сократимости миокарда, мощности сердечных сокращений. Прямая взаимосвязь между показателями СГД-ОПС также указывала на то, что в поддержании оптимального АД, в большей мере, чем в группах сравнения, участвовал сердечный компонент.

В группе «аминалон» в состоянии относительного покоя выявлено 28 достоверных корреляций. Их количество оказалось больше, чем в группах сравнения. Из числа обнаруженных достоверных сильных взаимосвязей было 11; столько же (11) – средней силы, а остальные (6) были слабыми. Корреляции в группе «аминалон» считались достоверными при r > 0,754; от 0,755 до 0,836 – слабыми; от 0,837 до 0,918 – средними; от 0,919 и выше – сильными.

Заключение

Таким образом, насосная функция сердца в контрольной группе и в группе «плацебо» определялась в большей мере активностью сердечного и меньшей мере – сосудистого компонентов. Между ОПС и насосной, инотропной функциями сердца, а также сократимостью миокарда и мощностью левого желудочка соответственно выявлены достоверные отрицательные взаимосвязи, которые свидетельствовали о преимущественной роли в поддержании АД сердечного и незначительной – сосудистого компонента.

Насосная функция сердца у дизадаптированных пловцов, принимавших в качестве средства восстановления аминалон, поддерживалась исключительно увеличением вклада сердечного компонента в поддержание АД. В пользу этого свидетельствовала прямая взаимосвязь между показателями СГД – ОПС.

Рецензенты:

Перфилова В.Н., д.б.н., старший научный сотрудник лаборатории фармакологии НИИ фармакологии, ГБОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет» Минздравсоцразвития России, г. Волгоград;

Бугаёва Л.И., д.б.н., зам. директора НИИ фармакологии, ГБОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет» Минздравсоцразвития России, г. Волгоград.

Работа поступила в редакцию 01.07.2013.