Эффективность проведения лечебных мероприятий у женщин с миомой матки во многом определяется точностью диагностики этого заболевания. В настоящее время для диагностики и оценки динамики роста данной опухоли широко используются различные методы исследования [1–4]. Однако большинство оцениваемых диагностических признаков в гинекологической практике выражаются качественными показателями, поэтому из множества клинических, лабораторных и инструментальных признаков необходимо извлекать те, которые могут стать ключевым для понимания клинической ситуации и достаточные для решения конкретной диагностической задачи [5]. В этом плане наибольший интерес вызывают поиск тех диагностических критериев, которые позволяют не столько диагностировать миому, сколько прогнозировать и оценивать характер ее роста и возможные исходы лечения [6]. Возможности лабораторных методов для реализации этих задач, на наш взгляд, недостаточно изучены, хотя их перспективность в диагностике миом отмечена в ряде работ [7, 8].
Цель исследования
Изучение возможности использования показателей сыворотки крови и суточной мочи для диагностики и оценки интенсивности роста миомы матки.
Материалы и методы исследования
На базе Курганской городской больницы № 2 Кургана были обследованы 78 женщин, госпитализированных по поводу миомы матки. Возраст пациенток составил от 32 до 55 лет. Средний возраст первичного выявления миомы матки составлял 34,4 ± 2,0 года, длительность заболевания колебалась от 4 до 10 лет. На проведение клинических исследований получено разрешение комитета по этике при ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. Г.А. Илизарова» Минздравсоцразвития РФ.
В работе изучали изменения биохимических показателей в системном и местном кровотоке, для чего у всех обследуемых пациенток производили забор крови венепункцией локтевой и маточной вены в период операции. Дополнительно исследовали суточную мочу, которую собирали в течение суток до операции. В сыворотке крови пациенток определяли концентрацию продуктов деградации органического матрикса соединительной ткани: силовых (СК), глюкуроновых (ГУК) кислот и гексозаминов (ГА). В суточной моче определяли содержание оксипролина (ОП), сиаловых, уроновых кислот и гексозаминов.
Концентрацию сиаловых кислот в биологических жидкостях определяли наборами реагентов фирмы «Сиалотест 100» (СПб.). Концентрацию уроновых кислот определяли тиобарбитуровым методом, гексозаминов – с реактивом Эрлиха после гидролиза в соляной кислоте. Содержание оксипролина в моче находили по реакции Эрлиха, после солянокислого гидролиза в запаянных ампулах.
В качестве группы сравнения нами были изучены аналогичные биохимические показатели 30 практически здоровых женщин (без гинекологической патологии) в возрасте от 30 до 50 лет.
Результаты лабораторного исследования представляли в виде средней арифметической (М) и стандартного отклонения (SD). Оценку достоверности отличий между двумя группами проводили с применением непараметрического W-критерия Вилкоксона для несвязанных выборок. Корреляционную зависимость между выборками, подчиняющихся нормальному распределению, оценивали по критерию Пирсона, не подчиняющихся закону распределения – по критерию Спирмена.
Результаты исследования и их обсуждение
На первом этапе исследования мы изучили изменения биохимических показателей сыворотки крови и мочи у пациенток в зависимости от длительности заболевания (табл. 1). Результаты сравнивали с показателями группы сравнения (практически здоровые женщины), которые были разбиты по возрастам, соответствующие среднему возрасту пациенток с конкретной давностью заболевания.
Таблица 1
Биохимические показатели сыворотки крови и мочи у пациенток с миомой матки в зависимости от длительности заболевания
Давность заболевания |
До 4 лет |
До 5 лет |
До 6 лет |
До 7 лет |
Более 7 лет |
Средний возраст |
34,0 ± 1,7 |
37,9 ± 1,1 |
43,1 ± 1,4 |
48,1 ± 1,4 |
53,7 ± 3,4 |
СКлв |
2,09 ± 0,11* |
1,93 ± 0,34 |
2,29 ± 0,17* |
2,09 ± 0,26 |
2,24 ± 0,22* |
СКмв |
1,77 ± 0,02 |
1,41 ± 0,26* |
1,71 ± 0,40 |
1,76 ± 0,33 |
1,79 ± 0,44 |
СКлвн |
1,60 ± 0,12 |
1,95 ± 0,14 |
2,10 ± 0,19 |
1,94 ± 0,21 |
1,97 ± 0,20 |
СКм |
0,62 ± 0,49 |
0,51 ± 0,20 |
0,81 ± 0,20* |
0,65 ± 0,39 |
0,64 ± 0,32 |
СКмн |
0,57 ± 0,19 |
0,55 ± 0,18 |
0,56 ± 0,19 |
0,58 ± 0,20 |
0,56 ± 0,17 |
ГУКлв |
5,57 ± 2,34* |
5,91 ± 2,03* |
5,87 ± 1,90* |
6,24 ± 1,74* |
5,95 ± 1,84* |
ГУКмв |
5,95 ± 1,82* |
7,76 ± 2,16* |
8,11 ± 2,74* |
8,93 ± 2,45* |
9,74 ± 2,73* |
ГУКлвн |
1,94 ± 0,56 |
2,20 ± 0,78 |
2,25 ± 0,91 |
2,08 ± 0,82 |
2,22 ± 0,74 |
ГУКм |
5,09 ± 1,73* |
2,21 ± 0,98 |
2,92 ± 1,24 |
3,38 ± 2,25 |
2,41 ± 1,13 |
ГУКмн |
3,32 ± 1,10 |
3,35 ± 0,95 |
3,62 ± 1,12 |
3,71 ± 1,23 |
3,66 ± 1,33 |
ГА лв |
10,22 ± 2,86* |
11,36 ± 1,76* |
11,42 ± 1,85* |
11,06 ± 3,93* |
11,52 ± 2,89* |
ГА мв |
9,31 ± 0,93* |
9,35 ± 1,84* |
9,78 ± 1,90* |
9,79 ± 2,96* |
9,81 ± 1,55* |
ГА лвн |
5,64 ± 0,51 |
6,12 ± 0,84 |
6,45 ± 0,99 |
6,79 ± 1,14 |
7,11 ± 1,74 |
ГА м |
1,75 ± 0,64* |
1,44 ± 0,56 |
1,43 ± 0,57 |
1,35 ± 0,62 |
1,55 ± 0,61 |
ГА мн |
0,77 ± 0,10 |
0,98 ± 0,23 |
1,10 ± 0,34 |
1,14 ± 0,31 |
1,38 ± 0,52 |
ОП м |
0,67 ± 0,51* |
0,51 ± 0,39* |
0,32 ± 0,09* |
0,35 ± 0,11* |
0,56 ± 0,12* |
ОП мн |
0,12 ± 0,04 |
0,18 ± 0,09 |
0,20 ± 0,06 |
0,16 ± 0,04 |
0,17 ± 0,06 |
Примечания: лв – локтевая вена, мв – маточная вена, н – соответствующая возрастная норма, м – моча; * – достоверные отличия с возрастной нормой при р ≤ 0,05; нижнее подчеркивание – отличие показателя, измеренного в маточной вене, от значений показатели для локтевой вены при р ≤ 0,05.
Нами обнаружено, что концентрация СК в локтевой вене у пациенток со сроком заболевания до 4 лет, от 5–6 лет и более 7 лет, была значимо выше значений возрастной нормы. В свою очередь уровень СК в маточной вене, наоборот, практически во всех группах от нормы не отличался и был снижен относительно концентрации СК в системном кровотоке (локтевая вена). Динамика содержания СК в суточной моче обследованных пациенток статистически значимо относительно возрастных норм не отличалась и от давности заболевания не зависела.
Самой показательной явилась динамика изменения ГУК в биологических жидкостях пациенток. Во-первых, концентрация ГУК в системном и локальном кровеносном русле обследованных пациенток была значительно повышена относительного уровня этого метаболита у здоровых сверстниц. Во-вторых, с увеличением срока давности заболевания закономерно увеличивалась и концентрация ГУК в маточной и локтевой венах. При этом уровень данного метаболита в маточной вене всегда была выше, чем в локтевой вене, в частности, такие достоверные отличия обнаруживаются у пациенток с длительностью заболевания до 6 и более лет. В-третьих, уровень суточной экскреции ГУК был максимально повышен у пациенток с давностью заболевания до 4 лет, тогда как в другие сроки концентрация этого метаболита в моче соответствовала возрастной норме. Для концентрации ГУК в системном кровотоке отмечено наличие достоверной прямой корреляционной зависимости с длительностью заболевания: r = 0,73 (p = 0,05).
Определенное сходство с динамикой ГУК отмечалось и для динамики ГА в крови и моче пациенток. Так, концентрация этого метаболита у пациенток с разными сроками давности заболевания превышала возрастную норму в среднем в 2 раза. При этом, однако, в отличие от ГУК, уровень ГА в системном кровотоке был всегда выше его значений в маточной вене, хотя эти отличия были и не достоверны. Экскреция ГА, также как и для ГУК, была выше нормы только у пациенток с давностью заболевания не более 4 лет.
Экскреция оксипролина у обследованных пациенток была достоверно выше соответствующей возрастной нормы вне зависимости от длительности заболевания.
Для дальнейшего сопоставления полученных данных биохимического исследования с темпами роста миомы мы рассчитали, что у обследованных пациенток рост миомы в среднем за год составил 0,17-0,18 см. В табл. 2 приведены результаты сравнительного анализа изменений изученных биохимических показателей в зависимости от интенсивности прироста миомы за пятилетний интервал.
Таблица 2
Прирост значений биохимических показателей у обследованных пациенток в зависимости от роста миомы в различные возрастные периоды
Срок наблюдения |
35–39 лет |
40–44 лет |
45–49 лет |
Прирост миомы (см) Относительный рост |
0,70/+17 % |
+0,77/+15 % |
+0,59/+10 % |
СКлв |
–8 % |
+19 % |
–9 % |
СКмв |
–20 % |
+20 % |
+3 % |
СКм |
–18 % |
+59 % |
–20 % |
СКмн |
–4 % |
+2 % |
+4 % |
ГУКлв |
+6 % |
–1 % |
+28 % |
ГУКмв |
+30 % |
+5 % |
+10 % |
ГУКм |
–57 % |
+32 % |
+16 % |
ГУКмн |
+3 % |
+5 % |
+2 % |
ГА лв |
+11 % |
+1 % |
–3 % |
ГА мв |
+1 % |
+5 % |
0 % |
ГА м |
–18 % |
–1 % |
–6 % |
ГА мн |
+27 % |
+12 % |
+4 % |
ОП м |
–24 % |
–59 % |
+17 % |
ОП мн |
+50 % |
+11 % |
–20 % |
Примечания: лв – локтевая вена, мв – маточная вена, н – соответствующая возрастная норма, м – моча.
Результаты, представленные в табл. 2, демонстрируют, что после 39 лет рост миомы в процентном отношении снижался, хотя по абсолютным значениям рост опухоли продолжался до 44 лет. Такие расхождения связаны с тем, что расчет процента прироста проводится по отношению к предшествующим размерам миомы, поэтому высокие значения абсолютного прироста, пересчитанные в процентах к увеличивающейся опухоли, оказываются сниженными. Интенсивность же прироста биохимических показателей, представленных в таблице, имеют значительные колебания, поэтому из всех данных хотелось бы выделить два наблюдения. Первое – увеличение большинства биохимических показателей приходилось на период 40–44 лет, когда абсолютные значения прироста опухоли в среднем были максимальны. Второе: корреляционный анализ между концентрацией изученных биохимических показателей и размерами миомы выявило, что прямые достоверные значения коэффициента корреляции обнаружены для ГУК системного кровотока (локтевая вена) r = 0,81 (p = 0,05), для ГУК в маточной вене – r = 0,87 (р = 0,04), для ГА системного кровотока r = 0,72 (p = 0,05), для ГА в маточной вене r = 0,92, (р = 0,02).
![pic_33.wmf](/fs/i/2013/9-5/pic_33_fmt.jpg)
![pic_34.wmf](/fs/i/2013/9-5/pic_34_fmt.jpg)
Концентрация продуктов обмена органического матрикса соединительной ткани у пациенток с обычным (ОР) и быстрым (БР) ростом миомы матки. Примечание: по оси ОХ – процент относительно возрастной нормы. Нижние индексы на графиках: лв – локтевая вена, м – моча, мв – маточная вена
Среди обследованных пациенток нами была выделена группа (n = 5) с быстрым ростом миомы, результаты биохимического исследования которой были сравнены с показателями пациенток с обычным ростом опухоли (рисунок). Нами обнаружено, что содержание ГУК и ГА в маточной вене у пациенток с быстрым ростом опухоли в разы превышал как значения возрастной нормы, так и показания, отмеченные у пациенток с обычным ростом миомы (в 8 и 2 раза соответственно). При этом, однако, значительного увеличения концентрации данных метаболитов в системном кровотоке у пациенток с быстрым ростом опухоли, относительно пациенток с обычным ростом миомы, не обнаружено. Мало того, экскреция ГУК у женщин с быстро растущей миомой была снижена почти в два раза, тогда как у пациенток без аномалий в росте миомы концентрация ГУК в моче была выше нормы. Такое наблюдение говорит о том, что резкое увеличение содержания ГУК в кровотоке за счет быстро растущей опухоли в достаточной степени компенсировался благодаря элиминации данного метаболита печенью.
Заключение
Таким образом, полученные результаты позволяют заключить, что увеличение концентрации продуктов деградации органических компонентов межклеточного матрикса в локальном кровотоке у пациенток с миомой матки свидетельствует о том, что рост миомы сопровождается глубокой дезорганизацией соединительной ткани, в основе которой лежит распад белков и деполимеризация протеогликанов, что ведет к деструкции ее основного вещества и волокон, сопровождающейся резким повышением проницаемости ткани.
Нарушение структурно-функциональных свойств соединительно-тканных компонентов, несомненно, является одним из основных факторов, способствующим росту и развитию миомы. В связи с этим определение продуктов деградации соединительной ткани, таких как ГУК и ГА, в системном кровотоке могут являться маркерами не только наличия, но роста миомы. Однако, на наш взгляд, определение ГУК в крови более информативно, чем определение ГА. Это связано с тем, что концентрация ГУК подвержена более значительным изменениям в зависимости от стадии развития миомы. Следовательно, определение ГУК в сыворотке крови может быть использовано:
1) для диагностики миомы (наряду с другими методами!), на что указывает пятикратное повышение показателя относительно соответствующей возрастной нормы;
2) для оценки длительности заболевания (уровень ГУК находится в прямой зависимости от давности заболевания);
3) для оценки интенсивности роста миомы (значительное увеличение ГУК в сыворотке крови в динамике наблюдения пациенток с миомой свидетельствует об увеличении скорости ее роста).
Рецензенты:
Плотникова О.М., д.х.н., доцент кафедры физической и прикладной химии Курганского государственного университета, г. Курган;
Матвеева Е.Л., д.б.н., ведущий научный сотрудник лаборатории биохимии ФГБУ «РНЦ «ВТО» им. акад. Г.А. Илизарова» МЗ РФ, г. Курган.
Работа поступила в редакцию 29.10.2013.
Библиографическая ссылка
Лунева С.Н., Попова А.Х., Киреева Е.А. ОЦЕНКА ИНТЕНСИВНОСТИ РОСТА МИОМЫ МАТКИ С ПОМОЩЬЮ ЛАБОРАТОРНЫХ ТЕСТОВ // Фундаментальные исследования. – 2013. – № 9-5. – С. 842-846;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=32776 (дата обращения: 17.08.2024).