Scientific journal

Fundamental research

ISSN 1812-7339

"Перечень" ВАК

ИФ РИНЦ = 1,798

EXPORTS FROM THE XINJIANG UYGUR AUTONOMOUS REGION OF CHINA TO RUSSIA UNDER SANCTIONS: UNDERESTIMATION OF SCALE AND ITS CAUSES

1

• Authors
• Files
• Abstract
• Keywords
• References

Введение

Географическая близость, взаимодополняющий характер экономик и обострение геополитической обстановки являются важными факторами, способствующими углублению интеграции между странами Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Китаем [1, с. 27]. Синьцзян-Уйгурский автономный район (далее Синьцзян), обладая преимуществом соседства с Казахстаном, Кыргызстаном и Россией, служит воротами для торгово-экономических связей между Китаем и государствами ЕАЭС. В последние годы, на фоне усиления внешних рисков, значение этого «портала» становится все более очевидным.

Санкции, введенные западными странами против России, изменили географическую структуру ее внешней торговли. Россия активизировала торговое взаимодействие с другими государствами ЕАЭС, а также с Китаем. Благодаря этому в 2022 г. экспорт из Синьцзяна в страны ЕАЭС вырос на 75 %, что составило 89,2 % от общего прироста экспорта Синьцзяна1. При этом на долю Казахстана и Кыргызстана пришлось 29,3 и 42,2 % совокупного экспорта Синьцзяна соответственно, тогда как доля России составила лишь 5,1 %, а Беларуси и Армении вместе – менее 0,1 %. С точки зрения гравитационной модели торговли объем экспортного потока из Синьцзяна в Россию не соответствует масштабу российской экономики.

Цель исследования – выявление причин и механизмов искажения данных о фактическом объеме экспорта из Синьцзяна в Россию в условиях санкций.

Материалы и методы исследования

В данном исследовании используются методы описательной статистики и сравнительного анализа. В нем представлена динамика общего объема экспорта Синьцзяна, а также экспорта в Казахстан, Кыргызстан и Россию в 2015–2024 гг. и проведено сопоставление торговых статистических данных Китая и Кыргызстана. Данные взяты в основном из Главного таможенного управления КНР и Национального статистического комитета Кыргызской Республики.

Результаты исследования и их обсуждение

Российские исследователи Д. А. Изотов, Г. А. Хмелева, Ю. М. Шиганова и др. на протяжении длительного времени изучают торговое взаимодействие между регионами Китая и Россией. Д. А. Изотов в своем исследовании, посвященном эффекту границ в торговле различных регионов Китая с Россией, обнаружил, что торговля Синьцзяна с Россией сталкивается с высокими барьерами. В отличие от таких приграничных регионов, как Хэйлунцзян и Внутренняя Монголия, Синьцзян, хотя и граничит с Россией, не имеет пунктов пропуска на границе с Россией, и его торговля с Российской Федерацией осуществляется через территорию Казахстана или Кыргызстана [2].

Г. А. Хмелева, анализируя импорт российских товаров по провинциям Китая, выявила, что провинции Шаньдун, Хэйлунцзян и город центрального подчинения Пекин занимают лидирующие позиции по импорту российской продукции, тогда как Синьцзян, несмотря на высокие темпы роста импорта, имеет незначительную долю в общенациональном объеме [3].

Ю. М. Шиганова, исследуя динамику торговли между Китаем и Россией, отмечает, что участие китайских регионов в торговле с Россией характеризуется значительной неравномерностью. Развитые прибрежные регионы (Гуандун, Цзянсу, Чжэцзян, Шаньдун) занимают доминирующее положение в экспорте в Россию, тогда как Синьцзян, несмотря на высокие темпы роста внешней торговли, сохраняет крайне низкую долю в общенациональном объеме торговли с Россией [4].

Вышеуказанные исследования показывают, что положение Синьцзяна в торговле с Россией как по экспорту, так и по импорту остается на низком уровне. В отличие от экспортоориентированных прибрежных регионов, Синьцзян удален от морских портов, и его приоритетом является внешнеторговое взаимодействие с соседними странами по суше. Как показывает А. Н. Фартышев, для внутриконтинентальных стран и регионов часто характерен экспорт сырьевых товаров с низкой добавленной стоимостью, и Синьцзян являет пример такой структуры экспорта [5].

Как показано на рисунке, в 2015–2021 гг. экспорт Синьцзяна рос с колебаниями, но рост был слабым: среднегодовой темп роста составил всего 1,9 %, что ниже общенационального показателя (6,5 %) за тот же период. Начиная с 2022 г. экспорт Синьцзяна резко вырос, достигнув среднегодового темпа роста 38,4 %, тогда как общенациональный показатель снизился до 2,5 %2. Рациональное объяснение этому заключается в том, что масштаб экспорта Синьцзяна невелик (менее 1,5 % от общенационального объема), и эффект низкой базы делает его темпы роста более чувствительными к приросту экспорта. Причины роста экспорта Синьцзяна можно свести к следующим двум пунктам.

Динамика экспорта Синьцзян-Уйгурского автономного района (2015–2024 гг.): общий объем экспорта и экспорт в Казахстан, Кыргызстан и Россию, млрд долл. Примечание: составлен авторами по данным Главного таможенного управления КНР. URL: http://stats.customs.gov.cn/indexEn (дата обращения: 12.03.2026)

Во-первых, улучшение транспортной инфраструктуры. С выдвижением инициативы «Один пояс – один путь» Синьцзян был определен в качестве ключевого района экономического пояса Шелкового пути, что способствовало значительному повышению уровня транспортно-логистической инфраструктуры. Г. А. Хмелева и Н. И. Скреблов установили, что транспортная инфраструктура вносит важный вклад в экономический рост регионов Китая и повышение их глобальной конкурентоспособности [6]. Исследование М. В. Александровой показывает, что контейнерные поезда «Китай – Европа» стали важным международным логистическим проектом, соединяющим внутренние районы Китая с Европой и значительно улучшающим транспортно-географическое положение регионов, расположенных вдоль маршрута [7]. В долгосрочной перспективе улучшение транспортной инфраструктуры и запуск контейнерных поездов «Китай – Европа» способствуют повышению экспортной конкурентоспособности продукции Синьцзяна и расширению масштабов экспорта.

Во-вторых, увеличение внешнего спроса. После начала российско-украинского конфликта в 2022 г. западные страны ввели жесткие санкции против России. Иностранные компании стали покидать или приостанавливать свою деятельность в России, вынуждая страну искать новые каналы импорта. Aksenov и др. полагают, что в таких областях, как полупроводники, компьютеры и телекоммуникационное оборудование, Китай способен частично заместить высокотехнологичную продукцию, поставки которой из западных стран были ограничены [8]. Помимо поиска альтернативных поставщиков, легализация параллельного импорта также стала мерой российского правительства по противодействию санкциям. Это касается прежде всего западных брендов, которые не могут напрямую выйти на российский рынок, но также и небольшой части китайских брендов, например Huawei, прекратившего прямые поставки в Россию из-за опасений вторичных санкций, а также некоторых моделей машин премиум-класса, выпускаемых китайскими автопроизводителями [9]. Синьцзян, являясь ближайшим к европейской части России регионом Китая, благодаря своему географическому положению стал важным окном для удовлетворения этого внешнего спроса.

В 2022–2024 гг. прямой экспорт из Синьцзяна в Россию значительно вырос, изменилась и его структура: если в 2019 г. 66 % поставок Синьцзяна в Россию составляли текстильные товары, а на машины и оборудование – только 12,5 % то в 2024 г. в поставках доминирует машиностроительная продукция (50 % стоимости), особенно автомобили. С момента введения санкций Синьцзян вошел в число ведущих регионов Китая по экспорту автомобилей в Россию и активно развивает инфраструктуру для автомобильного экспорта, ориентированного на рынки ЕАЭС [10, с. 9].

Следует отметить, что, несмотря на рост прямого экспорта Синьцзяна в Россию, его доля в общем объеме экспорта Синьцзяна остается очень низкой. С географической точки зрения, основными направлениями экспорта Синьцзяна являются Казахстан и Кыргызстан.

В 2024 г. экспорт из Синьцзяна в Казахстан составил 16,95 млрд долл. США, а в Кыргызстан – 15,21 млрд долл. США. Суммарно экспорт в эти две страны составил 62 % общего объема экспорта Синьцзяна. По сравнению с 2023 г. рост был незначительным, однако по сравнению с 2019 г. экспорт в Казахстан вырос в 2,3 раза, а в Кыргызстан – в 4,5 раза. Учитывая ограниченную потребительскую способность Казахстана и особенно Кыргызстана (небольшой размер экономики), а также синхронный рост их экспорта в Россию, можно сделать вывод, что значительная часть товаров, вывезенных из Синьцзяна в эти страны, реэкспортируется на российский рынок. Таким образом, стимулирующее воздействие российского спроса на экспорт Синьцзяна проявляется не столько в прямом экспорте в Россию, сколько в экспорте в Казахстан и Кыргызстан.

Важной частью внешней торговли пограничных регионов Китая является приграничная торговля. Приграничная торговля представляет собой торговую деятельность, осуществляемую уполномоченными предприятиями приграничных районов через определенные государством сухопутные пункты пропуска с предприятиями сопредельных стран.

Между Синьцзяном, Казахстаном и Кыргызстаном существует именно такая развитая сеть приграничной торговли. Обе страны имеют несколько сухопутных пунктов пропуска на границе с Синьцзяном. Приграничная торговля пользуется налоговыми льготами и упрощенными таможенными процедурами. Родственные народы по обе стороны границы имеют близкие языки и общие обычаи, а торговцы поддерживают тесные социальные связи. Эти условия обеспечивают стабильную активность экспорта Синьцзяна в Казахстан и Кыргызстан. Именно эта долговременная сеть приграничной торговли создала канальные условия для реэкспорта товаров через эти страны в Россию. Исследование Д. Изотова также показывает, что товары, экспортируемые из Синьцзяна в Казахстан и Кыргызстан в рамках приграничной торговли, вероятно, реэкспортируются на российский рынок, причем эта торговля частично ведется уйгурскими и казахскими предпринимателями и опирается на тесные социальные сети, сложившиеся по обе стороны границы [11].

Следует отметить, что проблема реэкспорта китайских товаров в Россию возникла не из-за санкций, санкции лишь усилили этот путь. Кыргызстан имеет слабую промышленную базу, и реэкспортная торговля на протяжении длительного времени является важной частью его экономики. Эта модель развития прослеживается с начала 2000-х гг., когда реэкспорт дешевых товаров из Китая стал прибыльной бизнес-моделью.

Однако эта модель была подорвана процессами региональной интеграции. После создания в 2010 г. Таможенного союза России, Беларуси и Казахстана конкурентные преимущества Кыргызстана в сфере реэкспорта начали утрачиваться; а после его вступления в Евразийский экономический союз в 2015 г. единый таможенный тариф еще больше затруднил развитие реэкспортной торговли [12]. С институциональной точки зрения Кыргызстан, казалось бы, утратил реэкспортные преимущества.

Но на самом деле ситуация иная. О. С. Абдурасулов отмечает, что после вступления Кыргызстана в ЕАЭС проблема «серого» импорта не была решена, а реэкспорт и контрабанда китайских товаров по-прежнему остаются характерными чертами его экономики. Аналогичные проблемы существуют и в Казахстане. Он также указывает, что статистические данные по экспорту Китая в Кыргызстан и Казахстан различаются в зависимости от источника, причем эта проблема особенно остро проявляется в Кыргызстане [13].

На примере 2022 г.: согласно китайским данным, экспорт в Кыргызстан достиг 15,29 млрд долл. США (из них экспорт из Синьцзяна в Кыргызстан составил 13,04 млрд долл. США), тогда как кыргызские данные показывают импорт из Китая лишь 4,07 млрд долл. США (таблица), причем разрыв продолжает увеличиваться. Кыргызская сторона объясняет это расхождение различиями в методологии статистического учета, а именно: Кыргызстан учитывает только товары, поступающие на внутренний рынок для потребления, тогда как Китай фиксирует все товары, ввозимые на территорию Кыргызстана (включая транзитные). Однако китайские исследователи Хоу Цзе и Лю Сюйчэнь предлагают иное объяснение, считая, что истинной причиной значительного расхождения в статистике является «серый» импорт [14]. Значительное расхождение статистических данных между Китаем и Кыргызстаном привлекло пристальное внимание государств – членов Евразийского экономического союза.

Сравнение данных КНР и Кыргызстана

Показатель	2021	2022	2023	2024
Импорт из Китая, млрд долл. США (данные Кыргызстана)	1,46	4,07	5,35	5,45
Доля в общем импорте Кыргызстана, %	26,2	41,5	42,8	43,7
Экспорт в Россию, млрд долл. США (данные Кыргызстана)	0,39	1,07	0,82	1,15
Доля в общем экспорте Кыргызстана, %	14,3	47,4	24,3	22,4
Экспорт Китая в Кыргызстан, млрд долл. США (данные КНР)	7,29	15,29	19,72	19,90

Примечание: составлена авторами по данным Главного таможенного управления КНР и Национального статистического комитета Кыргызской Республики. [Электронный ресурс]. URL: http://stats.customs.gov.cn/indexEn; https://stat.gov.kg/ru/statistics/vneshneekonomicheskaya-deyatelnost/ (дата обращения: 12.03.2026)

Китайские товары, поступающие на рынок Кыргызстана в форме «серого» импорта, обладают ценовыми преимуществами и сформировали устойчивую сбытовую сеть. На примере рынка «Дордой» видно, что импортерам из России и Казахстана закупать товары здесь более выгодно, чем напрямую из Китая. Примечательно, что экспорт из Синьцзяна в Кыргызстан состоит в основном из одежды и обуви – именно тех товаров, в реэкспорте которых Кыргызстан имеет наибольшие преимущества, тогда как в прямом экспорте из Синьцзяна в Россию доля одежды и обуви сильно упала.

Кроме того, существует и другая модель: часть китайских товаров фактически не обращается на рынке Кыргызстана, а ввозится на его территорию исключительно для получения местного сертификата о происхождении, после чего направляется в другие государства ЕАЭС, что позволяет освобождать их от уплаты таможенных пошлин.

Санкции изменили географическую структуру торговли стран Евразийского экономического союза, в первую очередь усилив торговое взаимодействие с Китаем. Для Кыргызстана Китай является крупнейшим торговым партнером, а Россия – крупнейшим партнером внутри ЕАЭС [15]. Данные Кыргызстана показывают (таблица), что доля импорта из Китая выросла с 26,2 % в 2021 г. до 43,7 % в 2024 г., а доля экспорта в Россию увеличилась с 14,3 до 22,4 % соответственно, хотя абсолютные объемы экспорта в Россию остаются незначительными – в 2024 г. они составили всего 1,15 млрд долл. США. Международное исследовательское агентство GlobalSource Partners объясняет это явление: аномально большая статья «ошибки и пропуски» в платежном балансе Кыргызстана отражает значительные объемы неучтенного реэкспорта в Россию, поскольку такие поставки в рамках ЕАЭС не требуют таможенного декларирования. Агентство также указывает, что данная проблема тесно связана с торговым маршрутом Китай – Кыргызстан – Россия3.

Заключение

Синьцзян является воротами Китая для открытости на запад, и торговое взаимодействие с основными соседними странами является для него приоритетом. В долгосрочной перспективе улучшение транспортной инфраструктуры и стабильное функционирование контейнерных поездов «Китай – Европа» способствуют расширению экспорта из Синьцзяна. Однако главным драйвером резкого роста экспорта Синьцзяна в 2022 г. стала переориентация российского импортного спроса, вызванная санкциями. Хотя этот рост проявился прежде всего в увеличении экспорта в Казахстан и Кыргызстан, большая часть этих товаров в конечном счете поступает на российский рынок через реэкспорт.

Проблема реэкспорта в Кыргызстане существует давно и не была вызвана санкциями. До 2022 г. объем импорта из Китая оставался на относительно стабильном уровне, и масштабы реэкспорта существенно не расширялись. Однако санкции, выступив в качестве внешнего шока, усилили этот реэкспортный канал, что привело к резкому росту импорта из Китая. В краткосрочной перспективе Кыргызстан извлекает из этого выгоду, а Россия получает стабильный канал для доступа к продукции, попадающей под ограничения, что объективно способствует смягчению последствий санкций. Однако в долгосрочной перспективе такая модель нанесет ущерб торговым интересам других государств – членов ЕАЭС и окажет негативное влияние на экономическое сотрудничество между ЕАЭС и Китаем.

Исследование показывает, что реальные объемы экспорта из Синьцзяна в Россию значительно занижены. Расширение реэкспортной торговли Кыргызстана является результатом совместного действия удобства транзита через страны ЕАЭС и усиления внешних рисков. В долгосрочной перспективе экспорт Синьцзяна не может чрезмерно полагаться на реэкспортный канал. Нынешнее ценовое преимущество обусловлено главным образом «серым» импортом, однако оно крайне уязвимо перед лицом изменений в политике. Не полагаясь только на доходы от транзитных грузоперевозок из других регионов Китая в Центральную Азию и далее – в Россию, Синьцзяну необходимо сосредоточиться на повышении конкурентоспособности собственной продукции, оптимизации структуры экспорта и активной диверсификации рынков. Это является фундаментальным путем долгосрочного развития внешней торговли Синьцзяна, а также ключом к обеспечению здорового и устойчивого роста экспорта в Россию.

---

Библиографическая ссылка

Хэ Цунцун, Шеров-Игнатьев В. Г. ЭКСПОРТ СИНЬЦЗЯН-УЙГУРСКОГО АВТОНОМНОГО РАЙОНА КИТАЯ В РОССИЮ В УСЛОВИЯХ САНКЦИЙ: НЕДООЦЕНКА МАСШТАБОВ И ЕЕ ПРИЧИНЫ // Фундаментальные исследования. 2026. № 4. С. 90-95;
URL: https://fundamental-research.ru/en/article/view?id=44012 (дата обращения: 02.05.2026).
DOI: https://doi.org/10.17513/fr.44012