Финансовый кризис показал, что формирование экономики не может развиваться по абсолютно линейной восходящей функции. Но и цикличность такого рода процессов для институтов рыночного регулирования не свойственна. В динамических рядах по основным финансово-экономическим индикаторам развитие не имеет константы и законов подобия и может быть рассмотрено с точки зрения фрактальных свойств данных явлений и процессов. Например, как показали исследования финансового рынка, статистическое распределение доходности финансовых активов не является гауссовским (нормальным), а представляет собой паретовское распределение, имеющее бесконечную дисперсию и значительное отклонение от ±3σ. Фрактальная природа большинства социально-экономических явлений проявляется в её постоянной эволюницизации, поскольку сам процесс эволюции таких систем есть самоподобное переходное состояние‒процесс. Трудность рассмотрения и оценки таких процессов заключается не только в сложности подбора функций, но и в самой синергетике системы. Для такой формы фрактальных распределений характерным является высокий пик и толстые хвосты, которые обусловлены незначительным количеством больших изменений. Типичной здесь представляется тенденция их резкости и прерывистости протекания (рисунок).
Это означает высокую вероятность значительных и непредсказуемых колебаний рыночных переменных, способных подорвать финансовую стабильность. В условиях неустойчивости и переоценённости финансовых рынков, создания фондовых пузырей, высокой долговой нагрузки развитых и развивающихся стран правительства не могут разработать какие-либо эффективные меры воздействия на экономику с целью устранения диспропорций и кризисных явлений.
![pic_75.wmf](/fs/i/2013/4-5/pic_75_fmt.jpg)
![pic_76.wmf](/fs/i/2013/4-5/pic_76_fmt.jpg)
Динамика производства нефти и зерна в мире
Сама экономическая система с её имеющимися на сегодня характеристиками не способна к устойчивому восходящему развитию. Стратегия и механизмы финансового регулирования не меняются и находятся в тупике. Евроцентробанк провел в 2011–2012 гг. значительную эмиссию, которая в свою очередь пойдёт на компенсацию падающего спроса. Она должна была предотвратить дефляционный обвал финансовой системы, как и меры США по стимулированию потребительского рынка. Однако формирование банковских надстроек в ЕЭС, США не имеют созидательного начала. Центральные банки всех развитых и развивающихся стран при создании своей денежно-кредитной политики не обладают эффективным инструментом управления и не сформировали мер для борьбы с кризисом. Власти, которые должны были бы обеспечивать монетарное регулирование, не нашли адекватных антикризисных методов.
Таким образом страны «большой двадцатки», производящие до 90 % мирового ВВП, должны в самое ближайшее время выработать новые механизмы, обеспечивающие макроэкономическое равновесие не просто для взаимообусловленности существования секторов и рынков, но и для обеспечения баланса экономических процессов. С этой точки зрения неравновесие и диспропорции в народном хозяйстве стран порождаются разнонаправленной динамикой большинства элементов системы. Поэтому сбалансированным можно считать состояние экономической системы, при котором обеспечивается определенное соотношение ее элементов, противодействующее возникновению турбулентности. В таком понимании проявлением неравновесия, в частности, выступает разнонаправленная динамика стоимости денег во внутренней и внешней экономике, то есть сочетание инфляции с ростом валютного курса. Тогда внутри страны повышается процентная ставка, и корпорациям становится выгоднее заимствовать за рубежом. Например, в России (на 1 июля 2008 г.) это привело к резкому росту внешнего корпоративного долга – до 454,8 млрд долл. (в том числе банковского сектора – до 191,3 млрд долл.). Резкое сокращение «финансовой подушки» в виде фонда будущих поколений и резервного фонда не позволят финансировать инвестиционные проекты, направленные на развитие рыночной инфраструктуры и спроса. Низкий рост ВВП России во многом обусловлен увеличением потребительского спроса, но не на отечественные товары, а на импорт.
В стране идет успешное расходование бюджетных денег на проекты, которые не принесут ни дохода, ни повышения социальных гарантий населению. По экспертной оценке Счетной палаты, общий объем расходов федерального бюджета на подготовку и проведение Олимпиады-2014 составит на 2012 год 154 767,2 млн рублей, на 2013 год – 91 474,0 млн рублей, на 2014 год – 27 664,4 млн рублей. В сравнительной оценке расходы федерального бюджета на реализацию приоритетных национальных проектов на 2012–2014 годы предусматриваются в сумме 1 120,4 млрд рублей, в том числе на 2012 год – 457,0 млрд рублей (из которых 33,6 % составят траты на подготовку к Олимпиаде-2014), на 2013 год – 350,1 млрд рублей или 7,7 %, на 2014 год – 313,3 млрд рублей [3].
Во время финансового обвала в 2008 году российские компании и банки заняли за рубежом 570 млрд долл., что в сравнительной оценке составляло практически все резервы страны (550 млрд долл.). При этом процентные выплаты по долговым обязательствам составляли 24 %. Эти «дорогие деньги» были направлены не на конкретные проекты и использованы крайне неэффективно. При полноценном финансировании адресной федеральной инвестиционной программы только 354 объекта из 1036 запланированных к вводу в эксплуатацию в 2010 завершены (34,2 %). По состоянию на 1 января 2011 года дебиторская задолженность по бюджетным инвестициям в объекты федеральной и муниципальной собственности в целом составляла 85 598,3 млн рублей (на 1 января 2010 года – 30 274,3 млн рублей) и увеличилась за 2010 год в 2,8 раза. За 8 месяцев 2011 года, по данным Минэкономразвития России, из 2078 объектов, подлежащих к вводу, введено в эксплуатацию 52 объекта, или 2,5 % [3]. В разрезе ведомственной структуры расходов наибольший объем ассигнований (38,6 % общего объема) на реализацию инвестиционных проектов ФАИП предусмотрен по Минтрансу России.
Распыление как бюджетных, так и коммерческих средств, на реализацию неприбыльных инвестиционных проектов, в т.ч. бесперспективных для модернизации и развития производства, приведет к стагнации экономики уже в среднесрочной перспективе.
Кроме того, указанное проявление неравновесия нарушает процесс трансформации доходов в сбережения, а последних – в инвестиции [4]. Значительная часть затрат на инновации аккумулируется в сырьевом секторе [1].
Динамика затрат на технологические инновации и показателей инновационной деятельности в секторах экономики Российской Федерации
Показатель |
2000 |
2007 |
2008 |
2009 |
2010 |
2010 г. к 2000 г., раз |
Затраты на технологические инновации (до 2010 г. в пост. ценах 1995 г., в 2010 г. – в ценах 2000 г.), млн руб. |
10462,7 |
15245,3 |
17143,1 |
21725,5 |
400803,8 |
38,3 |
Удельный вес инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг, % |
||||||
добывающие, обрабатывающие производства, производство и распределение электроэнергии, газа и воды |
4,4 |
5,5 |
5,1 |
4,6 |
22,6 |
5,1 |
связь, деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий |
16,9 |
4,2 |
4,2 |
3,8 |
2,2 |
0,13 |
В 2010 году разработкой и внедрением технологических инноваций занималось менее 10 % общего количества предприятий (для сравнения: в Германии – почти 70 %, Ирландии – 57 %, Бельгии – 60 %). В региональном разрезе только 11 регионов в РФ отличаются высоким уровнем инновационной активности (в том числе Томская, Новосибирская, Нижегородская области, Республика Татарстан и др.).
Инвестиционная деятельность банков является важной составляющей инвестиционных процессов в экономике. Банки как основная составляющая сектора финансовых посредников не оказывают сколь-нибудь существенной роли в финансировании и инвестировании в инновационную деятельность производителей в большинстве отраслей экономики. В процессе своей инвестиционной деятельности в микроэкономическом аспекте коммерческие банки должны участвовать в размещении ценных бумаг приватизируемых предприятий, осуществлять вложения в уставный капитал в виде акций, паев, долей в ценные бумаги предприятий, вести учредительскую деятельность. Высокая доля спекулятивных операций банков, направленных на максимизацию собственной маржи, не играет существенной роли в финансировании процессов, связанных с внедрением инноваций в промышленное производство. Не вкладывая в производство финансовый сектор, банки пытаются снизить риски, связанные с уменьшением надежности их деятельности и снижением устойчивости. Сложилось мнение, что инвестиционные кредиты в России имеют низкую доходность, ликвидность и высокие риски. С одной стороны это оправдано той современной ситуацией, в которой работают отечественные производители и функционирует финансовая система. Система «откатов» и «серых» денег не учитывается в затратах, но накладывает на них дополнительные транзакционные издержки. Кроме того, отсутствие гарантий правительства и правовой ответственности в сделках с инвестированием обрекает банки на убыточность такого рода операций.
Недостатки сформировавшейся деловой ситуации приводят к низкой деловой активности предпринимателей и оттоку их капиталов за границу в более благоприятную среду. Это подтверждают данные «Глобального мониторинга предпринимательства» (Global Entrepreneurship Monitor), по исследованиям которого уровень предпринимательской активности в России примерно в 4 раза ниже, чем в Бразилии и Китае, и в 2–3 раза ниже, чем в Мексике, Турции и ЮАР.
Попытки стабилизировать ситуацию с помощью регулирования инфляции в условиях такой неразвитости рыночной инфраструктуры, отсутствия заинтересованности товаропроизводителей в производстве продукции, финансирования спекулятивных операций банками не приведут к успеху. Не рост цен сам по себе, а его неравномерность и непрогнозируемость способствуют рецессии экономики России. Сокращение инфляции может нанести такой же вред, как и её увеличение, так как оказывает влияние на должников (они обнаруживают, что не в состоянии оплачивать дорогие кредиты, взятые под высокие проценты в расчете на несостоявшееся удорожание их продукции). Поддержка высокой ставки рефинансирования, высокая налоговая нагрузка формируют неблагоприятную экономическую конъюнктуру, которая, в свою очередь, в совокупности с дефицитом кредитных ресурсов, отсутствием государственной поддержки отечественных товаропроизводителей порождают кризис практически во всех отраслях народного хозяйства страны.
Для формирования позитивного инвестиционного климата в стране необходимо:
• предпринять меры по стимулированию инвестиций в производственную сферу экономики;
• устранить коррупционную составляющую;
• совершенствовать законодательную базу в сфере защиты отечественных товаропроизводителей;
• усилить квотирование иностранных товаров и устранить барьеры для входа на рынок (в том числе на сетевой);
• направить усилия на устранение диспропорций в государственном и монопольных секторах экономики.
Не стоит также забывать, что кризис – это еще и новые возможности, в том числе в плане прямых инвестиций, замечает партнер Alpha Associates Ричард Сиуолд. «Те, кто сможет воспользоваться этими возможностями, преуспеют года через четыре и удвоят свой капитал. Отдача после кризиса, как правило, самая высокая», – говорит он [5].
Таким образом, положительный эффект выхода из кризисной ситуации для России будет сопряжён с положительными макроэкономическими показателями мировой экономики, благоприятной внутренней институциональной средой и бизнес-климатом, эффективной бюджетной политикой Правительства РФ и денежно-кредитной политикой Банка России. А они не самые лучшие. В случае роста пенсионных расходов и долговой нагрузки, несогласованности действий правительств по разработке антикризисных мер в странах G8 и G20 возникает риск нового цикла кризиса, преодоление которого может стать сложной задачей для всего мирового сообщества [2].
Рецензенты:
Богачев С.П., д.э.н., профессор кафедры «Высшая математика и экономическая кибернетика» Калужского филиала ФГБОУ ВПО РГАУ-МСХА им. К.А. Тимирязева, г. Калуга;
Крутиков В.К., д.э.н., профессор, проректор по научно-методической работе, НОУ ВПО «Институт управления, бизнеса и технологий», г. Калуга.
Работа поступила в редакцию 07.03.2013.