Особенности развития современной мировой экономики характеризуются усилением конкурентной борьбы в первую очередь на сырьевых рынках. Причем с начала XXI в. США осуществляет экономическую стратегию, направленную на «ценностный разрыв» с Российской Федерацией и странами, которые имеют крупнейшие запасы нефти и газа, включая Венесуэлу, Ирак, Иран, Сирию и ряд других стран [1]. Данная стратегия обусловлена тем, что уже к 2025 г. США планируют стать крупнейшим производителем нефти в мире [2]. Вслед за ростом напряженности в рамках конфликта между Россией и Украиной, в настоящее время последовал военный конфликт между Израилем и Палестиной, который затронул в первую очередь страны, производящие нефть и газ, создавая дополнительные логистические проблемы по поставкам нефти и газа на глобальные рынки. Из-за проводимой американским правительством экономической политики только в 2022 г. прибыль основных нефтяных компаний в США значительно возросла. Следует отметить, что ExxonMobil получил чистую прибыль в размере 55,7 млрд долл., что на 83,8 % выше по сравнению с 2021 г., в свою очередь Chevron получил чистую прибыль в размере 35,5 млрд долл., что на 89,8 % выше по сравнению с 2021 г. [3].
Экономические санкции против российской нефтегазовой промышленности стали активно осуществляться с началом специальной военной операции в 2022 г., при этом санкционную политику против Российской Федерации проводят почти 50 стран мира. В сложившейся ситуации уже в марте 2022 г. Россия была вынуждена перестраивать свои поставки нефти и газа на международные рынки, в обход государств – членов Организации экономического сотрудничества и развития.
Усиление международной конкуренции в нефтегазовой промышленности требует от стран и компаний искать возможности для достижения новых конкурентных преимуществ, в том числе на основе осуществления энергетической интеграции. Начало санкционной политики против Российской Федерации в 2014 г. обусловило заинтересованность страны в формировании интеграционного объединения нового типа. Именно таким интеграционным объединением стал Евразийский экономическоий союз (ЕАЭС). Причем, как отмечают Е.А. Телегина, Г.О. Халова, С.В. Еремин и др., в момент образования ЕАЭС один из приоритетов совместного экономического сотрудничества был определен как создание общего рынка газа, нефти и нефтепродуктов интеграционных партнеров к 2025 г. [4].
В условиях современной санкционной политики против России и Беларуси для Евразийского экономического союза важно определить критерии энергетической безопасности, опираясь на развитие международной кооперации компаний нефтегазовой промышленности.
Цель исследования состоит в раскрытии современных тенденций развития нефтегазовой промышленности государств – членов ЕАЭС на основе рекомендаций поэтапной трансформации экономического сотрудничества в условиях глобальной трансформации современного энергетического рынка.
Материалы и методы исследования
Для достижения указанной цели в статье были использованы материалы Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), данные национальных статистических агентств и ведомств государств – членов ЕАЭС, открытая статистика российских энергетических компаний, данные научно-исследовательских центров, международных информационных агентств и другие аналитические материалы.
Достоверность достижения цели подтверждается применением научных методов: индукции, диагностики, сравнения, анализа и синтеза, системного подхода и логического обобщения, экономического анализа. Таким образом, выводы исследования достоверны и подтверждаются использованием в ходе анализа указанных выше научных методов, а также актуальных статистических и аналитических данных, что позволило выявить современные тенденции развития нефтегазовой промышленности Евразийского экономического союза.
Результаты исследования и их обсуждение
Государства – члены Евразийского экономического союза занимают 2-е место в мире по добыче газа (20,3 % от мировой добычи) и нефти (14,5 %). При этом Российская Федерация занимает 1-е место в мире по разведанным запасам газа, 2-е место в мире по запасам нефти. В то же время Республика Казахстан находится на 11-м месте в мире по запасам нефти, 22-м месте в мире по запасам газа [5].
Как показывают результаты исследования, евразийские компании нефтегазовой промышленности заинтересованы в создании общего рынка нефти, нефтепродуктов и газа в рамках ЕАЭС в ближайшее время.
В качестве первой тенденции развития нефтегазовой промышленности ЕАЭС можно выделить то обстоятельство, что в условиях санкционной политики, реализуемой с 2022 г., нефтегазовая промышленность становится одной из главных инвестиционных платформ экономического сотрудничества в рамках Евразийского экономического союза. При этом в первом полугодии 2023 г. общий объем накопленных взаимных прямых инвестиций стран государств – членов ЕАЭС составил 28,1 млрд долл. и увеличился по сравнению с 2022 г. на 4,1 %. В то же время взаимные накопления прямых иностранных инвестиций по сравнению с 2021 г. в 2022 г. возросли на 9,7 % [6]. Причем нефтегазовая промышленность занимает второе место по объему привлекаемых инвестиций: так, в первой половине 2023 г. на нее приходится 14 % общих инвестиций государств – членов ЕАЭС.
В рамках Евразийского экономического союза из 28 инвестиционных проектов, реализуемых в 2022 г., 23 осуществлялись на территории Казахстана, 4 проекта реализовывались в России и 1 проект в Кыргызстане. С участием российских инвесторов в 2023 г. реализуется 12 из 20 новых проектов ЕАЭС на сумму 1,1 млрд долл.
Следует учитывать то обстоятельство, что Российская Федерация является крупнейшим инвестором Евразийского экономического союза, причем в настоящее время Россией осуществляется 187 проектов из 234 проектов государств – членов ЕАЭС на сумму 22,8 млрд долл., что составляет 81,1 % от общего объема инвестиций союза.
Основной объем взаимных прямых иностранных инвестиций реализует между Российской Федерацией и Казахстаном 119 проектов на сумму 16,2 млрд долл., что составляет 81,1 % от общего объема инвестиций, 94,7 % от общего объема инвестиций с государствами – членами ЕАЭС. Причем из данного объема на российские прямые иностранные инвестиции в Казахстан приходится 99 проектов на сумму 13 млрд долл. в первой половине 2023 г. [7].
В нефтегазовой промышленности в 2023 г. основным получателем российских инвестиций стала казахстанская нефтяная компания «КазМунайГаз», которая благодаря международному сотрудничеству смогла привлечь инвестиции российских компаний «СИБУР» и «Татнефть».
Следует отметить, что крупнейшим инвестиционным проектом в рамках ЕАЭС является добыча нефти и природного газа в рамках консорциума «Карачаганак Петролеум Оперейтинг» («КПО»), созданного для освоения месторождения Карачаганак в Западном Казахстане. Общий объем направленных на данный проект инвестиций со стороны российской нефтяной компании «ЛУКОЙЛ» составил на первое полугодие 2023 г. свыше 2,2 млрд долл.
Вторым по объемам прямых иностранных инвестиций в рамках ЕАЭС является проект «Газпром» – Беларусь, в трубопроводную компанию «Газпром трансгаз Беларусь» на сумму более 1,2 млрд долл.
Кроме того, общие инвестиции нефтяных компаний «Транснефть» и «ЛУКОЙЛ» в «Каспийский трубопроводный консорциум» составили на первое полугодие 2023 г. на территории Казахстана свыше 0,8 млн долл.
Необходимо подчеркнуть, что в государства – члены ЕАЭС российские «Татнефть» и «Роснефть» осуществили инвестиции в размере 764,4 млн долл. на развитие своих сетей АЗС, что составляет почти 30 % от общего объема инвестиций, направляемых в розничную торговлю Евразийского экономического союза.
Важно отметить, что с 2021 г. ведется активная работа по созданию благоприятного инвестиционного климата в рамках межгосударственного сотрудничества, как благодаря заключению соглашений и договоренностей между компаниями и странами, так и в рамках новых инициатив Евразийского экономического союза. Поддержка со стороны государств – членов ЕАЭС выступает важным элементом привлечения инвестиционных средств в развитие нефтегазовой промышленности [8].
Важно подчеркнуть, что в октябре 2023 года принято Положение об отборе совместных проектов в промышленности, включая финансовое содействие их реализации в рамках ЕАЭС. Подобные меры поддержки со стороны ЕАЭС международной кооперации выступают важным элементом укрепления интеграционного экономического сотрудничества в нефтегазовой промышленности в рамках Евразийского экономического союза [9].
Другой важной тенденцией является то обстоятельство, что рост инвестиций в Евразийский экономический союз наблюдается в условиях существенного снижения прямых иностранных инвестиций в мировой экономике до 1,3 трлн долл. в 2022 г. (на 12 % по сравнению с 2021 г.). Таким образом, отмечается тенденция формирования нового вектора инвестиционного сотрудничества между государствами – членами ЕАЭС [10].
В рамках экономического давления со стороны ОЭСР в отношении Российской Федерации, Китайской Народной Республики и Республики Беларусь закладываются основы более тесного сотрудничества данных государств.
Китай рассматривает Евразийский экономический союз как перспективное направление вложения своих иностранных инвестиций [11]. Причем с началом специальной военной операции произошли существенные изменения, связанные с активным притоком китайских инвестиций в российскую экономику, в первую очередь в нефтегазовую промышленность.
Если в 2021 г. китайские прямые инвестиции в Российскую Федерацию составляли лишь 11,8 млрд долл., то уже в первом полугодии 2022 г. они составляли 12,5 млрд долл., а к концу первого полугодия 2023 г. достигли 18,9 млрд долл [6; 12]. Таким образом, по сравнению с 2021 г. рост инвестиций в российскую экономику составил 60,2 %, а по сравнению с аналогичным периодом 2022 года – 51,2 %.
Следует заметить, что Россия занимает лишь второе место в общем объеме китайских инвестиций в государства – члены ЕАЭС. В первом полугодии 2023 г. 63,6 млрд долл., из них 62,8 млрд долл. приходилось на инвестиции, направляемые из Китая. Причем на Казахастан пришлось 41,9 млрд долл. китайских инвестиций 66,7 % от инвестиций, направленных в ЕАЭС, в Россию было направлено 18,9 млрд долл. китайских инвестиций 30,1 %. На Кыргызстан и Беларусь – около 1 млрд долл.
На инвестиции в сектор добычи нефти и газа, а также трубопроводный транспорт приходится около 70 % прямых китайских инвестиций, направленных в Казахстан, Россию.
Основной объем китайских инвестиций в Казахстане приходится на китайскую национальную нефтегазовую корпорацию (CNPC), которая по состоянию на первое полугодие 2023 г. осуществила вложения в размере 37,4 млрд долл., что составило 89,3 % от общего объема китайских инвестиций, направленных в Казахстан.
Крупнейшими китайскими инвестиционными проектами на территории Казахстана выступают строительство газопровода Казахстан – Китай на сумму 16,3 млрд долл. и разработка месторождения углеводородного сырья в Актюбинской области на сумму 13,3 млрд долл.
В первом полугодии 2023 г. на территории Российской Федерации реализовывалось 47 китайских инвестиционных проектов, среди которых крупнейшим выступал проект компании CNPC по покупке 20 % доли в «Ямал СПГ», стоимостью в 5,4 млрд долл.
Важным для ЕАЭС регионом инвестиционного сотрудничества становятся государства на Ближнем Востоке и в Северной Африке, включая Алжир, Бахрейн, Египет, Ирак, Иран, Катар, Кувейт, Ливию, Марокко, ОАЭ, Оман, Саудовскую Аравию. Причем если до специальной военной операции данные страны выступали в качестве получателей российских прямых инвестиций в нефтегазовую промышленность, то только в 2022 г. компания Kingdom Holding вложила в российские нефтегазовые компании свыше 0,5 млрд долл.
По итогам первой половины 2023 г. объем накопленных взаимных инвестиций между ЕАЭС и странами Ближнего Востока и Северной Африки составляет свыше 6,5 млрд долл. До последнего времени крупнейшим проектом выступал инвестиционный проект участия «ЛУКОЙЛа» в разработке нефтяного месторождения «Мелейя» в Египте на сумму 1 млрд долл. С вступлением Ирана в состав БРИКС можно ожидать, что в ближайшее время начнется разработка нефтяных и газовых месторождений в Иране на сумму 4,5 млрд долл. при участии российских нефтегазовых компаний, по мнению ЕАБР.
Формирование общего рынка нефти, нефтепродуктов и газа является важным элементом укрепления интеграционного экономического сотрудничества нефтегазовой промышленности в рамках Евразийского экономического союза, поскольку, наряду с привлечением иностранных инвестиций, создаются условия для создания совместных производств в нефтегазовой промышленности.
Заключение
Исходя из проведенного исследования, можно сделать вывод о том, что развитие нефтегазовой промышленности в государствах – членах ЕАЭС в настоящее время подвержено серьезному воздействию проводимой в отношении России и Беларуси санкционной политики со стороны около 50 стран мира. Это обстоятельство обуславливает необходимость поиска новых рынков сбыта продукции и реализации инвестиционных проектов с привлечением дружественных стран.
В ближайшей перспективе в качестве тенденций развития нефтегазовой промышленности ЕАЭС можно ожидать рост объема инвестиций в данную отрасль в рамках взаимных инвестиций государств – членов ЕАЭС, за счет создания более благоприятных условий для привлечения инвестиционных ресурсов интеграционных партнеров и осуществления международной кооперации.
Можно сделать вывод, что российские нефтегазовые компании продолжат увеличивать свою долю присутствия на рынках розничной торговли продукцией АЗС и в нефтехимической промышленности государств – членов ЕАЭС. Главным условием достижения таких результатов в 2024–2025 гг. станет активизация проектов по привлечению инвестиций в нефтегазовую промышленность и в смежные отрасли на основе создания интеграционных цепочек поставок в рамках промышленной кооперации.
При этом государствам – членам ЕАЭС важно создать условия для свободного перемещения нефтегазовых ресурсов на территориях государств – членов ЕАЭС и повышения эффективности использования совокупного потенциала нефтегазовой промышленности.
В качестве взаимодействия с третьими странами наблюдается тенденция расширения сотрудничества с дружественными государствами Азии и Африки в нефтегазовой промышленности. При этом сохранится тенденция расширения экономического сотрудничества со странами БРИКС, причем после расширения их состава до 10 государств появляются возможности наращивания инвестиционного сотрудничества не только с Китаем и Индией, но также с Египетом, Ираном, Саудовской Аравией и ОАЭ.
В заключение следует отметить, что с учетом наличия санкционных мер, изменения приоритетов инвестиционного сотрудничества в нефтегазовой промышленности Евразийского экономического союза для получения наибольшего интеграционного эффекта от интеграционного сотрудничества необходимо создание благоприятного инвестиционного климата в рамках ЕАЭС для всех дружественных стран.
Библиографическая ссылка
Филькевич И.А., Чжан Цзяньвэй СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ НЕФТЕГАЗОВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА // Фундаментальные исследования. – 2024. – № 1. – С. 50-54;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=43556 (дата обращения: 16.08.2024).