На сегодняшний день формат и содержание соглашений о свободной торговле как формально-правовой основы межгосударственного торгового и экономического взаимодействия претерпевают серьезные трансформации. Ключевые позиции начинают занимать инклюзивные соглашения, в рамках которых торговые аспекты являются лишь одним из элементов переговорной повестки и сотрудничества. На передний план выходят вопросы регулирования инвестиционной деятельности, охраны окружающей среды, охраны труда и трудовой миграции, межгосударственного регулирования корпоративной деятельности и др.
Наиболее ярким примером подобных инклюзивных форм регулирования интеграционных процессов и торгово-экономических отношений выступает реализованное в Азиатско-Тихоокеанском регионе (далее – АТР) Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (Comprehensive and Progressive Agreement for Trans-Pacific Partnership, CPTPP).
Соглашение было подписано в 2018 г. 11 государствами-участниками (Австралией, Канадой, Новой Зеландией, Сингапуром, Японией, Брунеем, Вьетнамом, Малайзией, Мексикой, Перу, Чили) и вступило в силу в тот же год после его ратификации рядом участвующих сторон [1]. Фактически Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве является преемником более раннего Транстихоокеанского партнерства, не реализованного вследствие выхода из него США в 2017 г.
На сегодняшний день Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве является одной из наиболее перспективных инициатив, реализованных в АТР, наравне с Всесторонним региональным экономическим партнерством (Regional Comprehensive Economic Partnership, RCEP; далее – ВРЭП). Важность изучения проблематики его функционирования и развития детерминируется определенной уникальностью соглашения [2], а также его воздействием на сформировавшуюся в рамках ГАТТ/ВТО и на сегодняшний день стагнирующую многостороннюю систему регулирования торговли.
Изучению и анализу формирования и функционирования Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, а также его непосредственного предшественника – Транстихоокеанского партнерства посвящены работы таких российских ученых, как С.Н. Сильвестров [3], Б.А. Хейфец [4, с. 15–19], А.П. Портанский [5] и др. Среди иностранных авторов следует выделить работы Дж. Бивенса [6], П. Петри и М. Пламмера [7, с. 2–18], М. Феррантино [8, с. 2–30] и др. Вместе с тем перспективы его дальнейшего развития не находят широкого отражения в научной литературе. Этим обуславливается актуальность проводимого исследования.
Предметом исследования является система экономических отношений, формирующаяся в рамках Транстихоокеанского партнерства в процессе взаимодействия разноуровневых субъектов. Методологию проводимого исследования составляют такие методы научного познания, как абстрагирование, анализ и синтез, систематизация и обобщение, индукция и дедукция.
Перспективы развития Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве с позиции расширения партнерства посредством вступления новых участников
Одним из возможных направлений дальнейшего развития партнерства выступает увеличение количества его участников. С момента вступления в силу в 2018 г. Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве на протяжении практически всего периода функционирования сохраняло первоначальный состав участников. В марте 2023 г. стало известно о принятии положительного решения о присоединении к партнерству Великобритании, переговорный процесс в отношении которой стартовал в сентябре 2021 г.
Несмотря на то, что Великобритания станет первым новым участником Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве с момента его подписания и ратификации, соглашение представляет определенный интерес для мирового сообщества.
Так, заинтересованность в соглашении продемонстрировали ряд государств Азиатского субрегиона, а также – государства Латинской Америки. В частности, среди представителей Азиатского субрегиона Филиппины и Тайвань направили официальные заявки на вступление в партнерство. Вопрос о возможности и перспективах присоединения к соглашению находится также на рассмотрении национальных правительств Республики Корея, Таиланда и Индонезии. Определенный интерес к партнерству был выражен КНР [9]. Среди государств Латинской Америки, в свою очередь, официальные заявки на вступление направили Колумбия, Коста-Рика, Уругвай и Эквадор.
Принимая значительное число потенциальных участников, страны были систематизированы в соответствии с перспективами их вступления в рассматриваемое партнерство с учетом существующих производственных и торговых связей с действительными членами Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, а также соответствующих положений соглашения о порядке присоединения новых участников, рис. 1.
На основе проведенного анализа был сделан вывод о том, что в ближайшей перспективе наиболее вероятным представляется расширение Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве за счет присоединения государств Азиатского субрегиона: Филиппин, а также Индонезии, Таиланда и Республики Корея (в случае принятия соответствующего решения национальными правительствами и последующей формализацией выраженного интереса посредством направления заявки на вступление). В пользу данного вывода свидетельствует ряд факторов.
Во-первых, продолжительное торговое сотрудничество рассматриваемых потенциальных государств-партнеров с рядом государств – действительных членов Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве.
Во-вторых, сформированные на основе глубокого международного разделения труда и технологической специализации производственные и логистические связи. В частности, ряд представителей корпоративного сектора действующих участников партнерства располагает свои предприятия на территории государств-претендентов (таблица).
В-третьих, преимущественное право присоединения к партнерству государств из числа участников форума Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (далее – АТЭС). Данное право устанавливается в соответствии с положениями о порядке присоединения новых участников, регламентируемых в рамках Главы 30 «Заключительные положения» Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве [10]. В отношении возможных претендентов на присоединение из числа государств, не являющихся участниками АТЭС, соглашением предусматривается длительная многоступенчатая процедура. Первым из этапов данной процедуры является принятие решения о целесообразности начала переговорного процесса с потенциальным претендентом после получения от него официальной заявки на вступление. Соответствующее решение принимается государствами – участниками партнерства на основе консенсуса на каждом из этапов рассмотрения заявки претендента и возможного последующего переговорного процесса.
Рис. 1. Возможные направления расширения Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве
*Среди определенных наиболее вероятных претендентов на участие в партнерстве Республика Корея, Таиланд, Индонезия выражали свою заинтересованность в присоединении, однако в настоящий момент данный вопрос находится на рассмотрении в правительствах государств, и официальная заявка направлена не была. Остальные страны формализовали ранее выраженный интерес в присоединении к партнерству, направив соответствующие заявки. Со стороны КНР соответствующая заявка на присоединение к партнерству к настоящему моменту также не была направлена.
Размещение производств корпораций из стран – участниц Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве на территории потенциальных участников соглашения
Страна-реципиент |
Компании |
Филиппины |
Cemex SA de CV (Мексика) |
Flextronics International Ltd. (Сингапур) |
|
Mitsubishi Motors Corporation (Япония) |
|
Sony Group Corporation (Япония) |
|
Toyota Motor Corporation (Япония) |
|
Таиланд |
Bombardier Inc. (Канада) |
Fisher & Paykel Healthcare Corporation Limited (Новая Зеландия) |
|
Flextronics International Ltd. (Сингапур) |
|
Honda Motor Co. Ltd. (Япония) |
|
Mitsubishi Group (Япония) |
|
Sony Group Corporation (Япония) |
|
Toyota Motor Corporation (Япония) |
|
Индонезия |
Cemex SA de CV (Мексика) |
Honda Motor Co. Ltd. (Япония) |
|
Mitsubishi Group (Япония) |
|
Toyota Motor Corporation (Япония) |
Расширение Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве за счет присоединения КНР и Тайваня, также соответствующих обозначенным выше критериям, в ближайшей перспективе представляется маловероятным.
В отношении КНР это обусловлено существующим на сегодняшний день первостепенным для страны приоритетом в развитии ВРЭП, имеющимися существенными различиями в содержательной составляющей текстов Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве и ВРЭП (в особенности в части требований, налагаемых на участников Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве в отношении регулирования деятельности корпоративного сектора), а также различиями в характере интеграционного взаимодействия в рамках рассматриваемых партнерств [2].
Вопрос о возможности присоединения Тайваня к партнерству, в свою очередь, представляется открытым и в определенной степени дискуссионным. С одной стороны, как было отмечено ранее, Тайвань направил заявку на вступление в партнерство, соответствующая инициатива нашла поддержку со стороны правительств Австралии, Канады, Новой Зеландии и Японии. С другой стороны, КНР выступает против самостоятельного присоединения Тайваня к Всеобъемлющему и прогрессивному соглашению о Транстихоокеанском партнерстве.
Перспективы развития Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве с позиции углубления содержательной части соглашения
Другим вероятным направлением развития партнерства является качественное преобразование текста соглашения посредством углубления и дополнения согласованных положений. Так, на основе проведенного анализа текста Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве и его действия на практике были определены возможные направления углубления содержательной составляющей с учетом роли корпоративного сектора в реализации соглашения [2; 11] и существующих на сегодняшний день тенденций в мировой экономике [12, с. 9–42], рис. 2.
Рассмотрим подробнее каждое из обозначенных на рис. 2 возможных направлений дальнейшего развития Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве с позиции углубления и дополнения ряда положений.
1. Правила происхождения; таможенное администрирование и содействие торговле.
Рис. 2. Возможные направления углубления Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве
В настоящий момент соглашением предусматривается либерализация по 89 % тарифных линий от общего числа согласованных. Ожидается, что к 2039 г. страны – участницы партнерства завершат либерализацию в отношении не менее 95 % тарифных линий [13]. По различным оценкам уже к 2030 г. это способствует приросту в объеме экспорта товаров между участниками партнерства в размере 3,4 %, в объеме импорта товаров – в размере 3,3 % и ВВП – порядка 3 % [8, с. 2–30].
С учетом согласованных мер последующим шагом в направлении развития и углубления торгово-экономического взаимодействия может являться упрощение процедур торговли и доступа на рынки государств-участников в рамках партнерства. Обращаясь к новаторскому опыту реализации ВРЭП в отношении данного вопроса [2], это может быть достигнуто посредством разработки и внедрения единого сертификата происхождения товаров. Реализация данной меры может способствовать снижению издержек экспортеров, а также оптимизации производственных процессов на основе глубокого международного разделения труда.
2. Интеллектуальная собственность.
Учитывая вовлеченность участников Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве в глобальные цепочки добавленной стоимости (далее – ГЦДС), а также характер участия корпоративного сектора развитых и развивающихся государств – членов соглашения в данных цепочках [14], углубление и дополнение норм регулирования объектов права интеллектуальной собственности представляется одним из наиболее вероятных направлений дальнейшего развития партнерства. Это обусловлено рядом факторов.
Во-первых, на сегодняшний день формируется тенденция к переносу за рубеж многонациональными корпорациями (далее – МНК) наименее транснационализированного этапа производственного процесса в рамках ГЦДС: этапа НИОКР (в частности, отдельных звеньев этапа НИОКР) [15].
Во-вторых, для корпоративного сектора развивающихся стран постепенно формируется тенденция к увеличению объема затрат на НИОКР. Это способствует увеличению технологической и инновационной составляющей производимой продукции.
В совокупности обозначенные факторы формируют объективные предпосылки к необходимости дальнейшего углубления и дополнения стандартов защиты объектов права интеллектуальной собственности как с позиции корпоративного сектора развитых государств – членов Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, так и с позиции корпоративного сектора развивающихся стран.
3. Охрана труда и окружающей среды.
Проблематика социальной и экологической ответственности корпоративного сектора в последние годы приобретает все возрастающее значение. В рамках Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве регулированию в данной сфере также отводится определенное место. Соответствующие положения закрепляются в рамках Главы 19 «Охрана труда» и Главы 20 «Охрана окружающей среды» соответственно. Вместе с тем проведенный анализ соответствующих положений соглашения (которые носят преимущественно рамочный характер) при сопоставлении с текущими тенденциями в данной области [12, с. 9–42], а также с учетом числа заинтересованных сторон (к заинтересованным сторонам были отнесены как государства – участники Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, так и представители корпоративного сектора) и различий в предъявляемых требованиях к представителям корпоративного сектора со стороны государств – членов партнерства в отношении соответствия стандартам концепции ESG (Environmental, Social, and Corporate Governance), позволил определить возможные направления совершенствования нормативно-правового базиса.
В частности, отсутствие единой сертификации и единых требований, предъявляемых корпоративному сектору в части соответствия стандартам ESG, может способствовать формированию барьеров, снижению прозрачности и сокращению деятельности корпоративного сектора в сфере социальной и экологической ответственности. В этой связи совершенствование нормативно-правовой основы соответствующих положений Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве в обозначенной области представляется перспективным и отвечающим интересам каждой из сторон.
Заключение
Настоящее исследование позволяет очертить контуры и направления дальнейшего развития Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве. На основе проведенного исследования можно сделать вывод о том, что рассматриваемое партнерство представляет собой перспективный формат межгосударственного взаимодействия. Подтверждением этому служит высокая степень заинтересованности в нем мирового сообщества, несмотря на объем и характер обязательств, налагаемых на участников в рамках соглашения. В перспективе следует ожидать дополнения, углубления и расширения перечня и качественной составляющей налагаемых обязательств. В частности, в отношении упрощения процедур торговли, защиты объектов права интеллектуальной собственности, а также – охраны труда и окружающей среды с позиции социальной и экологической ответственности корпоративного сектора.
Принимая во внимание количество действительных участников партнерства, разветвленную систему партнерских отношений на основе глубокого международного разделения труда и технологической специализации как внутри партнерства, так и с третьими сторонами, качественную составляющую соглашения, предлагающего новые механизмы международного торгово-экономического взаимодействия в условиях стагнации сформировавшейся системы в рамках ГАТТ/ВТО, партнерство приобретает модельный характер. Это детерминирует необходимость в адаптации к формирующимся на его основе новым нормам регулирования международного торгово-экономического взаимодействия для третьих сторон. Обозначенная проблема является направлением для дальнейшего исследования.
Библиографическая ссылка
Рутковская В.С. ВСЕОБЪЕМЛЮЩЕЕ И ПРОГРЕССИВНОЕ СОГЛАШЕНИЕ О ТРАНСТИХООКЕАНСКОМ ПАРТНЕРСТВЕ: ПЕРСПЕКТИВЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО РАЗВИТИЯ // Фундаментальные исследования. – 2023. – № 8. – С. 36-42;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=43492 (дата обращения: 16.08.2024).