Научный журнал
Фундаментальные исследования
ISSN 1812-7339
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 1,749

ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ – ЮГРА КАК ТРАНСГРАНИЧНЫЙ АРКТИЧЕСКИЙ РЕГИОН РОССИИ

Ткачев Б.П. 1 Ткачева Т.В. 1
1 ФГБОУ ВО «Югорский государственный университет»
Статья посвящена исследованию трансграничного характера Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (ХМАО-Югры), а также вызванного этим явлением природного, культурного и хозяйственного изменения: от повседневности до государственной геополитики. Проблема имеет историческую ретроспективу и огромную сферу современного приложения. Статья выявляет проблемы, возникающие в районах Крайнего Севера после установления Арктической зоны Российской Федерации, а также природные, природно-ресурсные, экологические, экономические, демографические, геополитические и этнокультурные типы трансграничных структур. Спорным признано выделение в существующих субъектах Российской Федерации арктических районов, что влияет на административное управление и экономические условия жизни населения. В статье осуществлен анализ природного и ресурсного, а также полиэтнического единства ЯНАО и ХМАО-Югры в пределах исторически существующей Тюменской области. Проведен анализ закономерностей демографической ситуации в Арктической зоне Российской Федерации. Анализ показывает снижение численности населения, оно наблюдается в большинстве районов зоны. Однако, несмотря на выявленные тенденции, пока арктические регионы экономически дееспособны, но степень самостоятельности их снижается. Таким образом, вывод о том, что бассейны сибирских рек являются «тыловой зоной» Арктики, нашел подтверждение в особенностях распределения ресурсов и населения, характере экологических проблем. В результате ХМАО-Югра может рассматриваться как трансграничный арктический регион.
Россия
Арктическая зона
Крайний Север
Ханты-Мансийский автономный округ – Югра
трансграничность
1. Бакланов П.Я., Ганзей С.С. Трансграничные территории: проблемы устойчивого природопользования. Владивосток: Дальнаука, 2008. 216 с.
2. Лукин Ю.Ф. Концептуальные подходы к определению внутренних границ и развитию Российской Арктики в изменяющемся мире // Арктика и Север. 2012. № 6. С. 1–16.
3. Экономические и социальные показатели районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей в 1998–2007 годах [Электронный ресурс]. URL: https://www.gks.ru/bgd/regl/b08_22/IssWWW.exe/Stg/kart.htm (дата обращения: 15.09.2019).
4. Ткачев Б.П. Гидрометеорологическое обеспечение устойчивого развития Cевера (Арктики) // Безопасный Север – чистая Арктика: материалы I Всероссийской научно-практической конференции (г. Сургут, 26 октября 2018 г.). Сургут: ООО «Печатный мир г. Сургут», 2018. С. 14–25.
5. Указ Президента РФ от 2 мая 2014 г. № 296 «О сухопутных территориях Арктической зоны Российской Федерации» [Электронный ресурс]. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70547984/ (дата обращения: 15.10.2019).
6. Бакланов П.Я. Факторы и направления развития российско-китайского сотрудничества // Таможенная политика России на Дальнем Востоке. 2007. № 3 (40). С. 34–43.
7. Ткачев Б.П. Риски природопользования нефтегазодобывающих регионов Севера (Арктики) // Северный регион: наука, образование, культура. 2015. Т. II. № 2 (32). С. 210–215.
8. Федеральная служба государственной статистики [Электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/afc8ea004d56a39ab251f2bafc3a6fce (дата обращения: 20.10.2019).
9. Ткачев Б.П. Перспективы социально-экономического развития ХМАО // Вестник Югорского государственного университета. 2005. № 1. С. 109–113.

Актуальность темы статьи обусловлена проблемами, возникающими в районах Крайнего Севера и, в частности, в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре после установления Арктической зоны России. Трансграничность – многоплановая проблема, требующая пристального анализа исследователей. В общем виде трансграничность понимается как пограничность. На границах государств и регионов формируются переходные зоны торговли со своей логистикой, инфраструктурой. Пограничье развивается более высокими темпами, чем весь регион. Эта тенденция верна только тогда, когда граница не разделяет конкурирующие субъекты и народы. Причем сферы влияния и усиленный массоэнергообмен характерен и для природных трансграничных структур.

К типам трансграничных структур на соответствующей им территории относят: природные, ресурсные, экологические, социально-экономические (в том числе инфраструктурные), демографические, геополитические, пограничные (фронтирные), конфессиональные, туристские [1, с. 19]. В последнее время выделяются и этнокультурные трансграничные структуры, представляющие собой части единого этнокультурного пространства, разделенные административной границей и вмещающие целостные территориально-культурные общности населения [1, с. 20].

В качестве объекта исследования выступает Ханты-Мансийский автономный округ – Югра (ХМАО-Югра): его географическое расположение обусловило уникальный природно-ресурсный потенциал, а сама территория характеризуется определенным природным, экономическим и социокультурным единством. Близкие с Арктикой природно-климатические условия, с одной стороны, и высокий уровень жизни, с другой стороны, вызывают активные миграционные потоки, которые оказывают влияние на культурный ландшафт территории. В качестве предмета исследования выступают типы трансграничных структур Арктической зоны Российской Федерации (АЗРФ) и Крайнего Севера (рис. 1, 2).

Цель статьи: заявить о ХМАО-Югре как о трансграничном регионе России и тыловой зоне развития Арктики с соответствующими типами трансграничных структур: природными, ресурсными, экологическими, социально-экономическими (в том числе демографическими), геополитическими, этнокультурными.

tkachev1.tif

Рис. 1. Арктическая зона Российской Федерации [2]

tkachev2.tif

Рис. 2. Районы Крайнего Севера России и приравненные к ним местности [3]

Материалы и методы исследования

Социокультурное пространство Крайнего Севера также становится популярной научной задачей в Арктических университетах (Мурманск, Архангельск), а также в Новосибирском, Томском, Тюменском, Югорском государственных университетах. Ханты-Мансийский автономный округ – Югра не был объектом исследования в рамках трансграничной типологии географических структур. Однако его экономическая, финансовая, природно-ресурсная, демографическая значимость для России огромна.

Научная проблема заключается в исследовании трансграничного характера ХМАО-Югры, а также вызванного этим явлением культурного фронтира, включая процессы взаимодействия культур на разных уровнях функционирования: от повседневности до государственной геополитики. Проблема исследуется в сфере современного состояния.

Только в последние годы началось активное изучение трансграничного характера ряда территорий Крайнего Севера (Мурманской области, Карелии, Камчатки и Курил, Сахалина, Обь-Иртышского, Енисейского и Ленского бассейнов). Нами, в частности, был сформулирован вывод о том, что бассейны рек Северного Ледовитого океана являются «тыловой зоной» Арктики, а ХМАО-Югра может рассматриваться как трансграничный арктический регион [4, с. 15].

Результаты исследования и их обсуждение

Юридическое установление АЗРФ в 2014 г. [5] запустило процесс дифференциации, приведший к формированию различий по обе стороны границы в структуре и типах природопользования, в оценке воздействий на окружающую среду антропогенных факторов, в экологических нормах и ограничениях и, как следствие, в изменениях и нарушениях природных систем. Самостоятельные социально-экономические и административные структуры развиваются по обе стороны установленной границы различными темпами. В результате формируется двухзвенность трансграничных географических структур – наличие двух различающихся звеньев по обе стороны границы. При этом отмечается определенная связанность, взаимодействие и взаимовлияние парных звеньев. Разнообразные взаимодействия между соседними звеньями складываются в природной и природно-ресурсной, экономической и социальной, экологической и гуманитарной, геополитической и этнокультурной трансграничных структурах. В то же время отдельным трансграничным структурам присуща определенная самостоятельность в их динамике и развитии, а при формировании парных звеньев – определенная целостность [6, с. 39].

1. Природные структуры – различные геосистемы, находящиеся как в АЗРФ, так и на Крайнем Севере. Примером природных структур выступают бассейны арктических рек. Самой крупной геосистемой трансграничного типа России является Обь-Иртышский бассейн. Быстрые изменения климата в Арктике, в два-три раза превышающие аналогичные показатели южных областей России, с одной стороны, упрощают ледовые условия, но с другой, нарушают устойчивость абразионных берегов, усиливают ветроволновую активность. Климатические условия влияют также на навигацию и северный завоз.

2. Ресурсные структуры – это территориальные или аквально-территориальные структуры, прежде всего, земельные, лесные, водные и минеральные ресурсы тесно переплетены связями, образуя целостные природно-ресурсные системы, которые теперь разделены новыми границами. Примером такой крупнейшей в России природно-ресурсной геосистемы выступает Западно-Сибирская нефтегазовая провинция, которая разделена границами автономных округов, в результате чего становится трансграничной ресурсной структурой.

3. Экологические трансграничные структуры. Проведенные ранее исследования показывают, что в нефтегазодобывающих регионах величина экологического риска в несколько раз выше, чем в среднем на территориях, подвергающихся совокупному антропогенному воздействию [7, с. 213].

Как и Арктика, весь Крайний Север России нуждается в экологической очистке. Шельф Арктики очень раним, и поэтому здесь проблема экологии наиболее остра, в то время как индустрия экологической защиты крайне дорогостоящая. Приоритетное развитие освоения арктического шельфа нецелесообразно в силу значительных экологических и экономических рисков, отсутствия современных технологий добычи минеральных ресурсов.

Приоритеты должны отдаваться в первую очередь повышению эффективности использования месторождений на суше, а также масштабному развитию газонефтехимии и повышению коэффициента извлечения нефти. Проблема прекращения сжигания попутного нефтяного газа в основном решена и не имеет былой остроты.

Развитие нефтегазового комплекса на территории ХМАО-Югры приводит к изменению экологической ситуации ниже по течению трансграничных рек Оби и Иртыша. Для центральной части Западной Сибири (ХМАО-Югры) в свою очередь характерен центростремительный тип речной сети, куда реки несут загрязнения от разработки нефтегазовых месторождений и сточные воды городов юга Западной Сибири и Урала.

Численность населения Арктической зоны Российской Федерации (человек)*

Субъекты АЗРФ

01.01.2012

01.01.2013

01.01.2014

01.01.2015

01.01.2016

01.01.2017

01.01.2018

Республика Коми (Воркута)

88026

84707

82 953

81 442

80 061

77 314

Республика Саха (Якутия)

26 194

26 107

26 190

25 987

Красноярский край

227 205

227 546

227 220

227 972

Архангельская область

655 100

652 867

650 755

646 899

Мурманская область

787948

780401

771058

766 281

762 173

757 621

753 557

Ненецкий автономный округ

42437

42789

43025

43 373

43 838

43 937

43 997

Чукотский автономный округ

50988

50780

50555

50 540

50 157

49 822

49 348

Ямало-Ненецкий автономный округ

536558

541612

539671

539 985

534 104

536 049

538 547

Арктическая зона РФ

2 391 631

2 378 234

2 371 655

2 363 621

Примечание. *Таблица составлена на основе статистических данных Федеральной службы государственной статистики, полужирным шрифтом выделено снижение численности населения [8].

4. Социально-экономические структуры – крупные звенья территориально-хозяйственных структур, пересекаемые новой границей. К ним относят, прежде всего, транспортные трансграничные географические структуры – это железные и автомобильные дороги, пересекающие эту границу. Так как новую границу пересекают трубопроводные системы – нефте-, газо- и водопроводы – они также будут считаться трансграничными геоструктурами. Специфическими трансграничными геоструктурами являются также линии электропередачи, пересекающие границу – это так называемые трансграничные энергомосты [1, с. 20].

Так, например, большое количество крупных предприятий (ООО «Газпром трансгаз Югорск», АО «Тюменьэнерго» и другие), работающие в автономных округах Тюменской области, наладили устойчивые производственно-экономические связи. Именно такие предприятия формируют трансграничную социально-экономическую структуру.

На примере неформального соперничества ХМАО-Югры и ЯНАО можно констатировать перехват лидерства социально-экономического развития ЯНАО в силу приоритетов развития, заявленных в государстве. Однако в реальности приоритеты не сработали – АЗРФ активно теряет население, демографические риски растут. Ни один из субъектов Крайнего Севера не планирует даже простого воспроизводства населения в программах до 2024 г.

Анализ закономерностей демографической ситуации в Арктической зоне России показывает снижение численности населения, оно наблюдается в большинстве районов зоны. Исключение составляет Ненецкий автономный округ, где наблюдается незначительное увеличение численности населения (таблица). Несмотря на выявленные тенденции, пока регионы АЗРФ экономически дееспособны, но степень их экономической самостоятельности снижается. Вызывает обоснованное беспокойство дальнейшее развитие Северного морского пути и инфраструктуры Арктики с опорой на арктический завоз из европейской части России. На наш взгляд, более объективным будет сочетание арктического завоза с использованием инфраструктуры и потенциала тыловой зоны Арктики, прежде всего регионов Крайнего Севера.

В работах, посвященных изучению приграничных и трансграничных территорий, отмечается дефицит трудовых ресурсов, который становится важнейшей проблемой для России и для Западной Сибири в частности.

В результате, заявленные приоритеты не реализованы и до 2024 г. реализованы, скорее всего, не будут. Вместо эволюционного поступательного освоения Крайнего Севера, отказ от которого закреплен в Указе Президента от 2 мая 2014 г. [5], в очередной раз выходит много заявлений, но, к сожалению, мало что делается в сфере экономического и технологического прорыва в Арктике. Следует учитывать специфику геополитического положения Западной Сибири, которая определяется рядом географических факторов, в том числе богатством сырьевых ресурсов, очаговым размещением населения и хозяйства, наличием протяженной дружественной государственной границы, соседством с депрессивными или слабоосвоенными экономическими районами [9, с. 109]. Муниципальные образования, административные районы соседних регионов, прилегающие к новой границе и взаимодействующие между собой в разных сферах, в том числе в экономической, гуманитарной, политической, можно рассматривать как геополитические трансграничные структуры [1, с. 20]. Создание единой, мощной и монолитной Тюменской области таит в себя ряд геополитических особенностей, прежде всего ту, что область – единственный субъект Российской Федерации не просто граничащий с другим государством (Казахстан), а разделяющий Россию на две части: азиатскую и европейскую.

Можно понять стратегические приоритеты государства в случае с городами Северодвинском и Воркутой, однако ситуация, возникающая на севере Красноярского края и Якутии, когда дифференциация проведена между муниципальными образованиями одного субъекта федерации – по меньшей мере странная. Оказались под угрозой дифференциации не просто экономические, но и сложившиеся многолетние административные связи.

5. Этнокультурные трансграничные структуры. Трансграничный характер ХМАО-Югры определяет действие культурного фронтира. Единство ЯНАО и ХМАО-Югры исторически сформировалось в единой Тюменской области как регионы с множеством полиэтнических и межконфессиональных проблем. На территории обоих регионов проживают одни и те же этнические группы коренных малочисленных народов Севера, занимающиеся традиционными видами деятельности. В этой связи изучение гомогенных групп населения в условиях трансграничности на уровне сохранения повседневных практик представляется весьма актуальными для сохранения устойчивости развития округов. Осмысление различных аспектов повседневности является важным для осознания собственной этнической и гражданской идентичности коренных малочисленных народов Севера, путей культурной самоидентификации в регионах.

В настоящее время население округа находится под воздействием разнонаправленных духовно-ментальных векторов: с одной стороны, наблюдается влияние восточных культур за счет миграционных потоков, с другой стороны, происходит закрепление норм западных культур, проникающих через СМИ, современную систему образования и воспитания. В результате этого влияния образуется подвижная граница между культурами, которая в разных условиях вызывает противоположные процессы в их функционировании: от развития и адаптации до трансформации, деформации и разрушения. Эти процессы требуют научного анализа для выявления объективной картины происходящих изменений.

Заключение

Использование Арктической зоны Российской Федерации без опоры на устойчивый тыл, без создания минимально достаточной инфраструктуры и человеческого потенциала для освоения на Крайнем Севере, с основной опорой на морской завоз не нов. Такой подход господствовал в советское время и привел в итоге к огромным финансовым и людским потерям, к разрушению созданной огромными затратами инфраструктуры и экологическим проблемам Арктики.


Библиографическая ссылка

Ткачев Б.П., Ткачева Т.В. ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ – ЮГРА КАК ТРАНСГРАНИЧНЫЙ АРКТИЧЕСКИЙ РЕГИОН РОССИИ // Фундаментальные исследования. – 2019. – № 11. – С. 179-183;
URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=42608 (дата обращения: 28.11.2021).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074