Вопросы жизнедеятельности инвалидов в силу объективной специфики их здоровья и особенностей реализации основных функций всегда являлись важной социальной проблемой. По мере цивилизационного развития парадигмы соответствующего отношения общества к инвалидам существенно менялись. По мнению ряда специалистов, можно выделить четыре главных модели: моральную, медицинскую, реабилитационную, социальную [1, с. 3]. При этом некоторые авторы называют их «моделями инвалидности» [1, с. 4], что представляется недостаточно обоснованным. Думается, что в данном случае речь должна идти о моделях общественного восприятия, своеобразном комплексе социальных отношений к инвалидности как проблеме и инвалидам как специфической общественной группе.
Цель исследования: трактуя реализацию трудовых функций и профессиональное обучение инвалидов как фундамент их полномасштабной общественной интеграции, представляется необходимым рассмотреть важнейшие модели общественного восприятия проблем инвалидности и инвалидов.
Исторически первая – моральная – модель господствовала на протяжении многих веков вплоть до конца XVIII века и имела своей основой религиозные и бытовые предрассудки. В ее рамках инвалидность воспринималась как «позор и религиозное наказание за грехи» [2, с. 24].
Рис. 1. Основные модели общественного восприятия проблем инвалидности и инвалидов
Возникновение второй – медицинской – модели отношения к инвалидности датируется началом XIX века и уходит своими корнями в процессы быстрого развития медицины. Сутью данной парадигмы стала трактовка физических и психических различий между людьми в категориях патологических отклонений и дефектов. Таким образом, инвалидность понималась как «неполноценность», а инвалиды рассматривались преимущественно в ипостаси больных и социальных аутсайдеров. Главные негативные следствия такого подхода были двояки: во-первых, фактически признавалась неспособность инвалидов к самостоятельной полноценной жизни, что сопрягалось с освобождением их от социальной ответственности и обязательств перед обществом; во-вторых, косвенно поощрялась потребительская, пассивная жизненная позиция исследуемой группы, которая сводилась лишь к ожиданию повышения своего статуса после медицинского излечения [2, с. 16].
Третья – реабилитационная – модель базируется на взаимосвязанных векторах социальных отношений как со стороны индивидуума, так и общества в целом. На микроуровне данная связь основывается на признании наличия у конкретного человека ограниченных (по сравнению со среднестатистическими) возможностей физического и/или психического здоровья, что предполагает медицинское лечение и реабилитацию для устранения или компенсации функциональных расстройств. На уровне общества данная модель предполагает комплекс мероприятий по адаптации основных сфер жизнедеятельности для нужд инвалидов [2, с. 17].
Четвертая – социальная – модель в своей концептуальной основе базируется на признании дефектов и физиологических отличий в качестве объективного фактора жизнедеятельности, вследствие чего инвалидность уже не трактуется как девиация. В данном контексте наиболее значительными становятся не медико-биологические, а социальные проблемы, в первую очередь связанные с недопущением дискриминации представителей рассматриваемой социальной группы. Представляется возможным утверждать, что сутью социальной модели становится полномасштабная интеграция инвалидов во все сферы общественной жизни, в первую очередь связанные с трудовой деятельностью и профессиональным обучением.
Еще одним существенным моментом данной модели стало введение в научный и общественный оборот политкорректного понятия «лицо с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ)», во многих случаях призванного заменить термин «инвалид». Вместе с тем необходимо констатировать: несмотря на частое использование в нормативно-правовых документах, термин «лицо с ОВЗ» до сих пор не получил четкого определения. Главная проблема состоит в том, что к лицам с ОВЗ относят как инвалидов, так и лиц без официально назначенной инвалидности, а имеющих лишь отклонения по здоровью, зачастую носящие временный либо незначительный характер. Все это существенно затрудняет реализацию на практике комплекса мероприятий по социальной защите действительно нуждающихся в ней категорий граждан. В данном контексте актуализируется вопрос о соотношении понятий «инвалид» и «лицо с ОВЗ», в связи с чем необходимо обратиться к наиболее распространенным определениям, зафиксированным как в международно-правовых, так и в отечественных документах.
Материалы и методы исследования
В принятой ООН в 1975 г. Декларации о правах инвалидов подчеркнуто, что инвалидом является «любое лицо, которое не может самостоятельно обеспечить полностью или частично потребности нормальной личной и (или) социальной жизни в силу недостатка, врожденного или нет, его (или ее) физических или умственных возможностей».
В Конвенции ООН о правах инвалидов (ратифицирована 03.05.2012) определено, что «к инвалидам относятся лица с устойчивыми физическими, психическими, интеллектуальными или сенсорными нарушениями, которые при взаимодействии с различными барьерами могут мешать их полному и эффективному участию в жизни общества наравне с другими» [3, c. 2].
Что касается российских правовых документов по исследуемой теме, то основополагающим здесь является Федеральный закон «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» от 24.11.1995 № 181-ФЗ, в котором установлено: инвалид – это «лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты».
В Постановлении Правительства РФ от 20.02.2006 № 95 (ред. от 21.06.2018) «О порядке и условиях признания лица инвалидом» определение инвалида не приводится. Вместе с тем указано, что признание гражданина таковым осуществляется при проведении медико-социальной экспертизы исходя из комплексной оценки состояния его организма на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных. В нескольких приказах федеральных министерств (Минздравсоцразвития, Министерства труда и социальной защиты, Министерства образования) охарактеризованные выше процедуры уточняются и конкретизируются.
В контексте критического обобщения зафиксированных в нормативно-правовых документах позиций необходимо прежде всего выделить сущностные характеристики инвалидов как особой категории граждан. К ним следует отнести три момента:
а) стойкие расстройства функций организма в результате заболеваний, травм, дефектов. При этом данные расстройства следует трактовать как отклонения функций организма от нормальных, носящие длительный, иногда пожизненный характер;
б) ограничения жизнедеятельности вследствие функциональных расстройств, которые проявляются при реализации функций: самообслуживания; самостоятельного передвижения; ориентации; общения; контроля поведения и т.д. Как показывает практика, это особенно отражается на жизнедеятельности инвалидов в сферах обучения и трудовой деятельности;
в) необходимость социальной защиты, которая сопрягается, во-первых, с ее оказанием через официальное установление группы инвалидности; во-вторых, с ее длительным, зачастую пожизненным характером.
Возвращаясь к поставленному вопросу о соотношении исследуемых категорий, можно констатировать: все инвалиды являются одновременно лицами с ограниченными возможностями здоровья. При этом обратное утверждение не будет верным, поскольку не все лица с ОВЗ являются инвалидами, так как: во-первых, их отклонения от нормального здоровья могут носить кратковременный и обратимый характер; во-вторых, упомянутые отклонения не порождают существенных ограничений при реализации жизненно важных функций в ключевых сферах жизнедеятельности; в-третьих, лица с ОВЗ могут не получать официальный статус инвалидов с обязательной социальной защитой.
Рис. 2. Сущностные характеристики инвалидов как особой категории граждан (в соответствии со ст. 1 ФЗ № 181)
Рис. 3. Соотношение понятий «лица с ОВЗ» и «инвалиды»
Таким образом, представляется необходимым разграничивать содержание категорий «лица с ОВЗ» в узком и широком значениях. В рамках узкой трактовки рассматриваемого понятия лица с ОВЗ становятся синонимом термина «инвалиды». В широком плане лица с ОВЗ, помимо инвалидов, включают всех остальных людей, имеющих отклонения от нормального состояния здоровья без определения характера этих отклонений, ограничений в жизнедеятельности и получения официального статуса инвалидов. В свете вышесказанного в данной статье понятие «лица с ОВЗ» будет использоваться исключительно в узком смысле как синоним термина «инвалиды».
Как уже отмечалось, сутью социальной модели отношения к инвалидности является полномасштабная интеграция представителей рассматриваемой социальной группы во все сферы общественной жизни, что предполагает реализацию широкого комплекса прав инвалидов. Как известно, под правами человека в принципиальном плане понимаются «такие правила поведения, которые с помощью правового государства обеспечивают защиту достоинства и свободы каждого отдельного человека» [4, с. 2]. В отечественной правовой литературе данная категория понимается как «определенные нормативно структурированные свойства и особенности бытия личности, которые выражают её свободу и являются неотъемлемыми и необходимыми способами и условиями её жизни, её взаимоотношений с обществом, государством, другими индивидами» [5, с. 27].
Что касается прав инвалидов, то суть проблемы можно свести к двум главным моментам: во-первых, в соответствии с общепризнанными международными правовыми актами, а также основными законами (конституциями) государств рассматриваемая категория граждан (за строго определенными исключениями по медицинским основаниям) имеет те же гражданские и политические права, что и другие лица (п. 7 Декларации ООН о правах инвалидов); во-вторых, в силу функциональных расстройств и ограничений в жизнедеятельности они имеют право на дополнительные льготы и меры социальной защиты.
Большую теоретическую и практическую значимость имеет вопрос о классификации основных прав инвалидов. Автор данной статьи в одной из предыдущих публикаций предложил систематизировать вышеназванные права через призму сфер жизнедеятельности представителей рассматриваемой социальной группы. При этом под сферой жизнедеятельности предлагается понимать определенный ареал реализации соответствующих человеческих функций. В соответствии с этим подходом, а также объективной логикой жизнедеятельности инвалидов основными сферами реализации их жизненного потенциала становятся ареалы:
а) семейно-бытовой;
б) образовательной;
в) трудовой;
г) духовно-культурной;
д) общественно-политической активности.
В данном контексте представляется возможным выделить соответствующие права, реализация которых и составляет основу государственной политики по обеспечению всесторонней социальной интеграции представителей рассматриваемой общественной группы (рис. 4) [6].
В качестве небольшого комментария к рисунку хотелось бы выделить несколько моментов. Во-первых, поскольку основой полноценной интеграции инвалидов в общество является их трудовая деятельность (и сопряженное с ней обучение), то ядром совокупности прав данной социальной группы становятся права в образовательной (в первую очередь в сегменте профессионального образования) и трудовой сферах. Представляется возможным назвать их социально-экономическими правами инвалидов, поскольку образование является социальным благом, а трудовая деятельность сопряжена с получением экономического эффекта и широким спектром экономических (производственных) отношений.
Рис. 4. Авторская классификация основных прав инвалидов (по критерию базовых сфер их жизнедеятельности)
Как уже отмечалось, сутью социальной модели отношения к проблемам инвалидности становится обеспечение реализации всего комплекса прав инвалидов, и в первую очередь – соответствующей социально-экономической составляющей. В данном контексте логично следующее утверждение: занятость рассматриваемой категории граждан выступает в качестве фундамента их эффективной социальной интеграции. В этой связи необходимо рассмотреть зафиксированные в литературе подходы к определению категории «социальная интеграция» и смежным с ней понятиям. Одним из них выступает термин «социальная адаптация», всесторонне освещенный в трудах В.В. Дегтяревой. Этот автор понимает под стратегиями социальной адаптации лиц с ОВЗ «алгоритмы, способы, позволяющие человеку наиболее комфортно осуществлять свою жизнедеятельность, не только выполняя предписанные и заданные социальные роли, но и участвуя в их выборе и интерпретации социальной реальности на основании субъективных представлений о себе и своей дисфункциональной сущности» [7, с. 10]. В результате этого разрабатываются индивидуальные траектории для преодоления существующих барьеров на пути к нормальной жизнедеятельности. При этом условия социальной деятельности по возможности максимально превращаются в факторы саморазвития и всестороннего роста представителей рассматриваемой социальной группы.
В свете вышеизложенного понятие «социальная интеграция» логично трактовать как результат, следствие процессов социальной адаптации. В самом общем плане первую категорию можно определить как процесс включения инвалидов во все сферы жизнедеятельности общества. В этой связи интересным представляется подход Ю.А. Авериной, которая выделяет в исследуемом процессе четыре компонента:
а) социально-аксиологический, связанный с общественным признанием единых ценностей как для инвалидов, так и для лиц без функциональных ограничений;
б) организационно-правовой, предполагающий осуществление интеграции на основе законодательства и равенства прав всех граждан;
в) пространственно-организационный, в соответствии с которым для интеграции инвалидов задействуется универсальный дизайн как ключевой компонент безбарьерной среды;
г) межличностный, сопряженный с признанием достоинства личности и ее равных прав независимо от факторов физического или психического здоровья [8].
Только на базе формирования и развития этих четырех компонентов может быть достигнута цель социальной интеграции, заключающаяся «в создании общества для всех, в котором все лица обладают социальной субъектностью, правами и обязанностями, независимо от состояния их здоровья» [9, с. 34].
Активно используемая в научной литературе категория «социализация инвалидов» по своему содержанию очень близка к уже рассмотренному термину «социальная интеграция». В качестве иллюстрации к сказанному можно привести дефиницию, где первая категория определяется как «процесс полного или частичного преодоления социальной недостаточности, вызванной инвалидностью, включающий интеграцию индивидуума в социальную систему, адаптацию к социальной среде и профессионально-трудовой деятельности на основе реабилитации... Соответственно, социализация инвалидов воспринимается как средство создания равных возможностей для востребованности инвалидов в социально-бытовой и трудовой сферах деятельности» [10, с. 14].
Как следует из вышеизложенного, приведенное высказывание служит связующим звеном между вопросами социальной адаптации инвалидов и проблемами их трудовой занятости. Еще один позитивный момент приведенного подхода заключается в признании «модели гражданских, в том числе трудовых прав инвалидов» в качестве основной стратегии их интеграции в противовес распространенной «модели социального обеспечения» [11]. Очевидно, что в рамках первой парадигмы приоритет отдается активным, а не пассивным траекториям социализации рассматриваемой категории граждан.
Результаты исследования и их обсуждение
Авторская позиция по вопросам занятости инвалидов основана на динамическом подходе к исследованию проблемы, предполагающем выделение соответствующих этапов, важнейшими из которых являются:
а) трудовая адаптация рассматриваемой категории лиц к условиям сферы общественно полезной деятельности;
б) их трудовая интеграция;
в) рациональное трудоустройство (занятость) инвалидов как результат исследуемого процесса.
Адаптация инвалидов к трудовой деятельности определена в одной из статей как «комплекс мероприятий, направленных на приобретение и совершенствование инвалидами профессиональных знаний, умений и навыков с учетом полученной или имеющейся у них специальности (профессии); приобретение, восстановление и развитие имеющихся у инвалидов трудовых способностей и закрепление их в процессе осуществления трудовой деятельности; повышение конкурентоспособности инвалидов на рынке труда; трудоустройство инвалидов в соответствии с полученной или имеющейся специальностью (профессией)» [12]. Отдавая должное данному, в целом верному, подходу, следует несколько скорректировать его посредством выделения трех составляющих процесса трудовой адаптации:
а) предтрудовой, связанной с получением необходимых профессиональных компетенций;
б) непосредственно трудовой, когда в рамках конкретной трудовой деятельности происходит закрепление соответствующих знаний, навыков и т.д.;
в) развивающей, сопряженной с дальнейшим наращиванием трудового потенциала лиц с инвалидностью и повышением их конкурентоспособности на рынке труда.
При этом необходимо подчеркнуть, что ядром всех трех составляющих становятся процессы абилитации и реабилитации, соотношение которых таково: первое понятие охватывает получение инвалидами новых навыков и знаний, тогда как второе отражает восстановление у них нарушенных ранее трудовых функций и умений.
В рамках заявленного авторского подхода трудовая интеграция инвалидов выступает в качестве закономерного результата их адаптации к требованиям сферы общественно полезной деятельности. Что касается категории «рациональное трудоустройство инвалидов», то думается, что она очень близка по содержанию к термину «трудовая интеграция инвалидов» с тем лишь замечанием, что первое понятие содержит в себе позитивную оценку уровня трудоустройства («рациональное», как правило, означает «эффективное»). В соответствии с одной из позиций, рациональное трудоустройство инвалидов рассматривается как «процесс организации, правовой и экономической регламентации трудовой деятельности на подходящем для инвалида рабочем месте, направленной на социально-трудовую самореализацию, приносящую доход инвалиду и экономическую выгоду обществу» [12]. Этот в целом правильный подход нуждается в двух уточнениях. Во-первых, в результате рационального трудоустройства достигается не только социально-трудовая, но и полномасштабная общественная интеграция лица с инвалидностью. Во-вторых, оценивать эффективность данного процесса следует не только в рамках парадигмы «затраты – результаты», но и с точки зрения социальных факторов: занятость инвалида важна не только по экономическим критериям, но и в плане личностно-духовного развития.
Выводы
Резюмируя содержание статьи, представляется необходимым еще раз подчеркнуть важность теоретико-методологических исследований в сфере социально-экономических прав инвалидов, имеющих своим результатом как развернутые определения ключевых понятий, так и установление их соподчиненности и взаимообусловленности. В свою очередь, это повышает эффективность практических мероприятий в сфере обеспечения занятости инвалидов как основы их социальной интеграции.
Библиографическая ссылка
Богомолова Ю.И. ЗАНЯТОСТЬ ИНВАЛИДОВ КАК ОСНОВА ИХ СОЦИАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ // Фундаментальные исследования. – 2018. – № 11-1. – С. 32-38;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=42296 (дата обращения: 16.08.2024).