В XIX и XX веках человек был составной частью индустриального производства. Инвестиции в образование, здоровье и развитие личности рассматривались скорее как непроизводительные затраты. Конец XX в. ознаменовался переходом к постиндустриальному обществу, в котором стал особенно важен креатив, способность к прорывной интеллектуальной деятельности. Не вызывает сомнений тезис о том, что человеческий капитал составляет основу прогресса ведущих экономик.
В течение последних двух столетий соотношение между человеческим и физическим капиталом в развитых странах постепенно меняется в сторону увеличения доли человеческого капитала (рис. 1).
Рис. 1. Изменение структуры совокупного капитала в развитых странах в XIX–XX вв [7], %
Знания сегодня преимущественно формируют добавленную стоимость, а человеческий капитал становится основным фактором экономического прогресса.
По оценкам Всемирного банка и Программы развития ООН, в настоящее время на планете физический капитал формирует 16 % общего объема богатства каждой страны, природный – 20 %, человеческий же капитал – 64 %. Во многих развитых странах доля последнего приближается к 80 %. Так, по расчетам Всемирного банка, в составе национального богатства США физический капитал составляет всего 19 %, природные ресурсы – 5 %, а человеческий капитал – 76 %. В Западной Европе соотношения следующие – 23; 3 и 74 % [4].
Согласно данным табл. 1 большая часть человеческого капитала мировой экономики концентрируется в развитых экономиках Западной Европы, США, Японии.
Именно эти страны демонстрируют инновационную активность и являются пионерами многих передовых производственных технологий. Российская Федерация не является лидером в рейтингах накопленного человеческого капитала и качества условий для его развития.
Эксперты ООН формируют индекс человеческого развития стран мира. В 2013 году наша страна заняла в нем 55 место (табл. 2).
Таблица 1
Оценки человеческого капитала в ряде стран мира в конце XX века [4]
Страны |
Общий объем, трлн долл. |
Человеческий капитал, в % к: |
||
национальному богатству стран |
мировому итогу |
уровню США |
||
Мировой итог |
365 |
66 |
100 |
384 |
Страны «семерки» и ЕС |
215 |
78 |
59 |
226 |
из них США |
95 |
77 |
26 |
100 |
страны ОПЕК |
45 |
47 |
12 |
47 |
страны СНГ |
40 |
50 |
11 |
42 |
в том числе Россия |
30 |
50 |
8 |
32 |
Китай |
25 |
77 |
7 |
26 |
Бразилия |
9 |
74 |
2 |
9 |
Индонезия |
9 |
75 |
2 |
9 |
Мексика |
8 |
77 |
2 |
8 |
Индия |
7 |
58 |
2 |
7 |
Таблица 2
Индекс человеческого развития стран мира в 2013 году [9]
Место |
Страна |
Индекс человеческого развития |
Внутренние затраты на исследования и разработки, в процентах к валовому внутреннему продукту |
1 |
Норвегия |
0,955 |
1,65 |
2 |
Австралия |
0,938 |
2,19 |
3 |
США |
0,937 |
2,79 |
4 |
Нидерланды |
0,921 |
2,16 |
5 |
Германия |
0,920 |
2,98 |
6 |
Новая Зеландия |
0,919 |
1,26 |
7 |
Ирландия |
0,916 |
1,66 |
8 |
Швеция |
0,916 |
3,41 |
9 |
Швейцария |
0,913 |
… |
10 |
Япония |
0,912 |
3,35 |
55 |
Россия |
0,788 |
1,12 |
186 |
Демократическая Республика Конго |
0,304 |
… |
Интересно сопоставление индекса человеческого развития страны с внутренними затратами на исследования и разработки в процентах к ВВП. Государства, создающие лучшие условия для накопления человеческого капитала, демонстрируют высокий инновационный потенциал.
К. Макконнелл и С. Брю выделяют следующие виды инвестиций в человеческий капитал [5]:
● расходы на образование – включая общее и специальное, формальное и неформальное, подготовку на рабочем месте;
● расходы на здравоохранение, складывающиеся из расходов на профилактику заболеваний, медицинское обслуживание, диетическое питание, улучшение жилищных условий;
● расходы на мобильность, благодаря которым работники мигрируют из мест с относительно низкой производительностью в места с относительно высокой производительностью.
Дж. Кендрик классифицирует эти инвестиции на вещественные и невещественные. К вещественным он относит затраты, связанные с физическим формированием и развитием человека. К невещественным – расходы на общее образование, специальную подготовку, расходы на медицинские услуги, перемещение рабочей силы. Дж. Кендрик подчеркивает особенность невещественных инвестиций. Он отмечает, что несмотря на их «неосязаемый характер эти затраты, умножая знания и опыт людей, способствуют повышению производительности инвестиций и капитала, воплощённых в людях» [3].
Инвестировать в человеческий капитал могут сами люди, государство и крупные предприятия. Высокое имущественное расслоение в России не позволяет населению в больших объемах инвестировать в свое развитие. Государство не торопится взять на себя бремя финансирования данных стратегических задач: Россия расходует меньше, чем в странах ОЭСР, на образование примерно на 1,5–2 %, а на здравоохранение – на 3–4 % ВВП [6]. Это весьма значительные суммы в номинальном выражении. Еще более тревожно обстоят дела с государственной поддержкой развития культуры (рис. 2).
Корпоративный сектор также не возлагает на себя решение задач по развитию человеческого каптала в России. Как свидетельствуют результаты анализа прямых затрат организаций на развитие человеческого капитала, доля затрат организаций на развитие человеческого капитала (повышение квалификации, культурно-бытовое обслуживание) составляет не более 1 % общих затрат на рабочую силу (табл. 3).
Безусловно, уровень инвестиций организации в развитие потенциала сотрудников во многом определяется ее кадровой политикой. Примером эффективной кадровой политики, ориентированной на развитие и реализацию потенциала собственных сотрудников, является ОАО «Сбербанк России» [12]. Как следует из программы реализации потенциала сотрудников Сбербанка, в банке разработано и реализуется большое количество учебных программ, ориентированных на управленческую и специальную профессиональную подготовку, развитие необходимых в работе навыков. Программами подготовки и обучения персонала охвачены все уровни сотрудников – от операционно-кассовых работников до топ-менеджеров. Но следует отметить, что уровень годовых затрат на данные программы также зависит от региона, в котором расположено то или иное отделение Сбербанка, и находится в диапазоне от 500 до 2800 руб. на одного сотрудника.
Рис. 2. Государственные расходы на культуру в расчете на душу населения в отдельных странах мира [3]
Таблица 3
Динамика уровня и структуры затрат на рабочую силу организаций Российской Федерации в 1995–2009 гг [14]
Заработная плата |
Обеспечение работников жильем |
Социальная защита работников |
Профессиональное обучение работников |
Культурно-бытовое обслуживание работников |
|
1995 |
60,5 |
4,6 |
28,3 |
0,3 |
3,3 |
1996 |
59,7 |
3,5 |
29,9 |
0,4 |
3,5 |
1998 |
63,2 |
2,0 |
30,2 |
0,3 |
1,5 |
2000 |
65,8 |
0,7 |
29,4 |
0,3 |
1,1 |
2002 |
71,8 |
0,5 |
24,4 |
0,3 |
1,0 |
2005 |
76,6 |
0,4 |
19,6 |
0,3 |
0,7 |
2007 |
77,9 |
0,3 |
18,5 |
0,3 |
0,5 |
2009 |
78,1 |
0,3 |
18,4 |
0,3 |
0,4 |
В контексте проведенного анализа особенно сложной представляется ситуация с развитием человеческого капитала в регионах, где неразвит крупный бизнес. Как правило, это территории, демонстрирующие более низкие, чем в среднем по стране, экономические результаты. Возникает порочный круг: проблемные регионы непривлекательны для инвестиций вследствие в том числе дефицита квалифицированных кадров, а у населения крайне ограничены стимулы и возможности личного и профессионального развития. В полной мере это касается регионов Северо-Кавказского федерального округа.
По данным Всероссийской переписи населения 2010 года в регионах Северо-Кавказского федерального округа проживало 6,65 % россиян, что на 6,2 % больше, чем зафиксировано предыдущей переписью 2002 года [11]. Сосредоточение населения на сравнительно небольшой территории сопровождается концентрацией производственного потенциала. Однако на протяжении последних двух десятилетий регионы Северо-Кавказского федерального округа являются проблемными в экономическом пространстве Российской Федерации, имеют имидж политически нестабильного ареала, потребляющего значительные объемы средств федеральной финансовой поддержки [10].
Одной из ключевых причин является недостаточно эффективное управление человеческим капиталом. Данные рис. 3 наглядно иллюстрируют практическую реализацию закона Оукена, устанавливающего прямую зависимость между уровнем безработицы и объемами производимого общественного продукта. В регионах с максимальной напряженностью на рынке труда – Республике Ингушетия и Чеченской Республике – отмечаются самые низкие объемы валового регионального продукта на душу населения. Как известно, высокая и продолжительная безработица среди экономически активного населения влечет за собой ряд резко отрицательных последствий: снижение уровня жизни населения, утрату квалификации и даже маргинализацию отдельных слоев населения [2]. Подобные явления в той или иной степени наблюдаются в северокавказских регионах.
Рис. 3. Объемы ВРП на душу населения и уровень безработицы в регионах СКФО по данным 2013 года [11]
Сложившаяся ситуация не способствует расширенному воспроизводству человеческого капитала. Усугубляющими факторами являются низкий уровень индустриализации регионов Северо-Кавказского федерального округа, слабая инвестиционная привлекательность и невысокая производительность труда.
Механизм рынка вносит свои коррективы в сложившуюся ситуацию, приводя к тому, что в ряде случаев рабочие профессии приносят гораздо больший доход, чем попытки реализовать себя в рамках невостребованного на рынке труда высшего образования, что сказывается на возможностях воспроизводства человеческого капитала в рамках домохозяйств. Между тем необходимость ускоренной и интенсивной индустриализации северокавказских регионов, развития туристско-рекреационного комплекса диктует необходимость в квалифицированных работниках, имеющих начальное профессиональное и среднее профессиональное образование. Однако численность обучающихся по программам начального профессионального образования на 10000 человек в среднем по стране в последние двадцать лет неуклонно снижается. В целом данная тенденция характерна и для северокавказских регионов за некоторым исключением.
Однако прогресс в современном обществе возможен только в случае развития отраслей, требующих высококвалифицированных специалистов. Безусловно, развитие системы начального и среднего профессионального образования позволит задействовать потенциал рабочей силы, однако особое внимание следует уделять качеству высшего и послевузовского профессионального образования. При этом студентов вузов в СКФО меньше на 10 тыс. человек населения, чем в среднем по стране. В северокавказских регионах значительно выше, чем в среднем по стране, доля лиц, остановившихся в процессе профессионального роста на уровне средней школы.
Проведенный анализ наглядно демонстрирует особую важность человеческого капитала как экономического ресурса и невозможность экономического роста без развития человеческого капитала и создания условий для его расширенного воспроизводства. Для этого необходим комплекс мероприятий в сфере культуры, образования и здравоохранения [1]. Разработка и реализация системной государственной политики в сфере регулирования развития человеческого капитала позволит нашей стране и ее регионам выйти на качественно новый уровень экономического роста и развития.
Рецензенты:
Киселева Н.Н., д.э.н., профессор, заместитель директора по науке и инновациям, Северо-Кавказский институт, филиал, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, г. Пятигорск;
Татуев А.А., д.э.н., профессор кафедры экономики и управления, Северо-Кавказский институт, филиал, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации», г. Пятигорск.
Библиографическая ссылка
Каппушева А.Р. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ КАК ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РЕСУРС // Фундаментальные исследования. – 2015. – № 2-22. – С. 4963-4968;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=38140 (дата обращения: 17.08.2024).