Бесплодие становится все более важной медико-социальной проблемой общественного здоровья. По современным представлениям, бесплодие – это неспособность сексуально активной супружеской пары, не использующей методов контрацепции, достигнуть беременности в течение более чем одного года. Частота встречаемости бесплодия в мире составляет около 15 % [14], при этом женский и мужской факторы его формирования составляют около 50, 30 и 20 % составляет смешанное бесплодие. Следовательно, мужской фактор является причиной бесплодия практически в половине случаев, что заставляет активно искать причины этого феномена [4]. Факторы риска мужского бесплодия можно подразделить на врожденные патологии (генетические аномалии, нарушения в строении половых органов, крипторхизм и т.д.); приобретенные патологии (варикоцеле, травмы половых органов, соматическая патология, простатит и т.д.); производственные факторы (перегревание, переохлаждение, работа с вредными веществами и т.д.); социальные факторы (инфекции, передающиеся половым путем, курение, употребление алкоголя, наркотических веществ, эмоциональные стрессы и т.д.) [2].
В последние годы к факторам риска мужского бесплодия стали относить ожирение. По данным последних лет, в развитых странах распространенность ожирения составляет более 30 % среди взрослого населения, включая и мужчин репродуктивного возраста [11]. Частота бесплодия у мужчин с избыточной массой тела и ожирением выше, чем у мужчин с должной массой тела [12]. Выявлена зависимость показателей спермограммы от выраженности ожирения. Так, в работе [9] у мужчин с избыточной массой тела выявлено снижение концентрации, подвижности и количества морфологически нормальных форм сперматозоидов. Выявлена достоверная связь между ИМТ и степенью фрагментации ДНК сперматозоидов [15]. Большое значение имеют гормональные механизмы бесплодия [6, 8]. Известно, что ожирение сопровождается повышением активности ароматазы и гиперэстрогенией. Эстрогены уменьшают секрецию гонадолиберина и снижают продукцию фолликулостимулирующего (ФСГ) и лютеинизирующего (ЛГ) гормонов, а также тестостерона, что вызывает нарушения фертильности у мужчин [5, 10].
Учитывая, что для развития патологических последствий ожирения значение имеет не только выраженность ожирения, но и тип распределения жира [6, 13], важно исследовать связь этого показателя с развитием бесплодия у мужчин. В этой связи целью работы было изучить ассоциацию избыточной массы тела и абдоминального типа отложения жира с факторами риска бесплодия и гормональными механизмами его патогенеза у мужчин с бесплодием – пациентов Новосибирского центра репродуктивной медицины.
Материалы и методы исследования
Обследовано 75 пациентов, обратившихся в период 2012–2013 годов в Новосибирский центр репродуктивной медицины с проблемой отсутствия беременности у супруги. В группу были включены соматически здоровые русские мужчины, проживающие в Новосибирске и Новосибирской области, средний возраст – 33,6 года (от 25 до 44 лет), средний стаж бесплодия – 5,3 года (от 1 до 20 лет). Критериями исключения были: наличие на момент обследования инфекции, передаваемой половым путем (ИППП), наличие соматической патологии в стадии обострения по результатам проведенного обследования; отказ пациента от проведения обследования на наличие ИППП и соматической патологии; наличие генетических аномалий.
Проведен анализ жалоб, анамнеза жизни, анамнеза заболевания, осуществлен осмотр пациентов и измерение роста (см), массы тела (кг), окружности талии (ОТ, см), окружности бедер (ОБ, см); вычислены отношение величин окружности талии к окружности бедер (ОТ/ОБ) и индекс массы тела (ИМТ) как отношение массы тела к росту в квадрате (кг/м2). На основании антропометрического обследования все мужчины были разделены на 3 группы. В группу 1 вошли мужчины с избыточной массой тела, ожирением и абдоминальным типом отложения жира (ИМТ ≥ 25,0 кг/м2, ОТ/ОБ ≥ 0,95 [13]), в группу 2 – мужчины с избыточной массой тела и равномерным типом отложения жира (ИМТ ≥ 25,0 кг/м2, ОТ/ОБ < 0,95), в группу 3 – мужчины с нормальной массой тела (ИМТ < 25,0 кг/м2).
Забор крови проводили из локтевой вены утром натощак. В сыворотке крови определяли содержание общего холестерина (ОХС, нормативные величины Norm = 3,0–5,2 ммоль/л); триглицеридов (Norm = 0,45–1,7 ммоль/л); холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС ЛПВП, Norm > 1,0 ммоль/л), глюкозы (Norm = 3,5–6,1 ммоль/л) на биохимическом анализаторе BECKMAN COULTER AU480. Содержание гормонов в сыворотке крови определяли на закрытом автоматизированном анализаторе IMMULITE 2000 методом усиленной хемилюминесценции с использованием следующих наборов: пролактин (IMMULITE Prolactin, мМЕ/л, нормативные величины для мужчин Norm = 53–360); лютеинизирующий гормон (IMMULITE LH, мМЕ/мл, Norm = 0,8–7,6); фолликулостимулирующий гормон (IMMULITE FSH, мМЕ/мл, Norm = 0,7–11,1); тиреотропный гормон (IMMULITE Rapid TSH, мкМЕ/мл, Norm = 0,4–4); эстрадиол (IMMULITE Estradiol, пмоль/л, Norm = 0–206); общий тестостерон (IMMULITE Total Testosterone, нмоль/л, Norm = 12–35); глобулин, связывающий половые гормоны (ГСПГ) (IMMULITE SHBG, нмоль/л, Norm = 13–71). Определение свободного тестостерона проводили расчетным методом с использованием специального калькулятора на веб-сайте Международного общества по изучению проблем пожилых мужчин ISSAM (www.issam.ch; Norm > 0,250 нмоль/л).
Статистическую обработку полученных результатов осуществляли с использованием пакета прикладных программ «STATISTICA» v.6.0 (StatSoft, США). Абсолютные значения показателей представляли в виде средних величин и среднеквадратичного отклонения (М ± CD); частоту признаков в группах – в %. Сравнительный анализ величин показателей между группами проводили с использованием критериев χ2, ANOVA Крускала–Уоллеса, критерия множественного сравнения Манна‒Уитни с поправкой Бонферрони. Минимальную вероятность справедливости нулевой гипотезы принимали при р < 0,05.
Результаты исследования и их обсуждение
Соотношение числа мужчин в группах 1, 2 и 3 составило 18:35:22. Суммарно среди мужчин групп 1 и 2 с избыточной массой тела число лиц с ожирением (ИМТ ≥ 30 кг/м2) составило 23 человека (12 из 18 в группе 1 и 11 из 35 в группе 2). В табл. 1 представлены данные о частоте встречаемости факторов риска бесплодия у мужчин в указанных группах.
С наибольшей частотой во всех трех группах у мужчин встречались социальные факторы, а также хронический простатит (ХП), который является одним из наиболее распространенных заболеваний простаты. В европейских странах его распространенность составляет 12–14 %, а в РФ им страдают в общей популяции порядка 20 % мужчин [1], при этом полученные нами результаты указывают на значительно более высокую частоту случаев ХП среди мужчин с бесплодием. Частота ХП в группе 1 мужчин с избыточной массой тела и абдоминальным типом отложения жира была выше, чем в группах 2 и 3. Эти результаты соответствуют полученным ранее сведениям о выраженной связи наличия ХП у мужчин разных возрастных групп с метаболическим синдромом и его основным компонентом – абдоминальным ожирением [3]. Хронический простатит рассматривают преимущественно как воспалительное заболевание (часто инфекционного генеза); определенную роль в генезе данного заболевания играют также нейрогенные дисфункции и психологические факторы. Одним из симптомов простатита является снижение способности мужчины к продолжению рода, что обусловлено уменьшением количества сперматозоидов в эякуляте, снижением их подвижности и наличием морфологических дефектов [2].
Таблица 1
Частота встречаемости факторов риска бесплодия у мужчин в зависимости от наличия избыточной массы тела и абдоминального типа отложения жира (%)
Факторы риска |
Группа 1 |
Группа 2 |
Группа 3 |
р |
Врожденные патологии: крипторхизм |
0,0 |
2,9 |
0,0 |
|
Приобретенные патологии: варикоцеле |
27,8 |
22,9 |
22,7 |
|
-//- травмы мошонки |
5,6 |
5,7 |
9,1 |
|
-//- хронический простатит |
72,2 |
51,4 |
50,0 |
0,032 |
-//- эпидидимит |
0,0 |
0,0 |
4,5 |
|
-//- орхит |
0,0 |
2,9 |
0,0 |
|
-//- паротит |
0,0 |
8,6 |
4,5 |
|
Производственные факторы: вибрация |
0,0 |
2,9 |
0,0 |
|
-//- ионизирующее облучение |
5,6 |
0,0 |
0,0 |
|
-//- работа в условиях Крайнего Севера |
0,0 |
5,7 |
4,5 |
|
-//- химический фактор |
0,0 |
5,7 |
27,3 |
0,025 |
-//- перегревание |
5,6 |
17,1 |
4,5 |
|
-//- переохлаждение |
11,1 |
22,9 |
4,5 |
|
Социальные факторы и социальные болезни: употребление наркотических веществ в анамнезе |
11,1 |
40,0 |
27,3 |
|
-//- инфекции, передающиеся половым путем, в анамнезе |
72,2 |
57,1 |
63,6 |
|
-//- гепатит в анамнезе |
11,1 |
2,9 |
0,0 |
|
-//- туберкулез в анамнезе |
5,6 |
0,0 |
0,0 |
|
-//- курение на момент обращения |
27,8 |
51,4 |
40,9 |
|
-//- употребление алкоголя на момент обращения |
83,3 |
77,1 |
63,6 |
|
-//- эмоциональные стрессы |
50,0 |
51,4 |
36,4 |
В группах 1 и 2 доля мужчин, занимающих руководящие должности, составила 60 %, а в группе 3 – 45 %, при этом встречаемость часто испытываемого выраженного психоэмоционального стресса составила около 50 % в группах 1 и 2, и 36,4 % в группе 3 соответственно. В настоящее время психологическим факторам отводят важную роль в формировании нарушений фертильности у мужчин [7]. В группе 3 у мужчин с должной массой тела достоверно чаще встречалось действие химического фактора, т.е. работа с вредными веществами, которые могут нарушать процессы сперматогенеза [14].
В табл. 2 представлены результаты гормонально-биохимического обследования мужчин с бесплодием. Видно, что средние величины большинства исследованных показателей не выходили за пределы нормативных величин и не различались между группами. Между величинами содержания ОХС, триглицеридов и ХС ЛПВП в сыворотке крови у мужчин групп 1 и 3 отмечено статистически значимое отличие. Это закономерно, так как в группе 1 большая часть обследованных мужчин – это лица с ожирением, а гиперхолестеринемия и гипертриглицеридемия, а также снижение содержания ХС ЛПВП в сыворотке крови, сопутствуют ожирению [11]. У мужчин групп 1 и 2 относительно мужчин группы 3 ниже содержание в сыворотке крови ГСПГ, что можно расценить как компенсаторную реакцию, направленную на повышение содержания в крови биологически активного свободного гормона в условиях его недостаточной секреции. Содержание тестостерона в сыворотке крови мужчин групп 1 и 2, хотя достоверно и не отличалось от величины этого показателя в группе 3, но имело тенденцию к снижению. Содержание в сыворотке крови тропных гормонов гипофиза и пролактина не различалось между группами и не выходило за пределы нормативных величин.
Таблица 2
Биохимические и гормональные показатели у мужчин в зависимости от наличия избыточной массы тела и абдоминального типа отложения жира
Показатель |
Группа 1 (n = 18) |
Группа 2 (n = 35) |
Группа 3 (n = 22) |
Общий холестерин, ммоль/л |
5,6 ± 0,7а |
5,5 ± 1,0 |
5,0 ± 0,8а |
Триглицериды, ммоль/л |
2,0 ± 1,1б |
1,7 ± 1,0 |
1,0 ± 0,4б |
Холестерин липопротеидов высокой плотности |
1,0 ± 0,2в |
1,1 ± 0,2 |
1,4 ± 0,2в |
Глюкоза, ммоль/л |
5,2 ± 0,6 |
4,9 ± 0,5 |
4,9 ± 0,5 |
Иммунореактивный инсулин, мкМЕ/мл |
8,2 ± 4,2 |
6,2 ± 4,4 |
5,6 ± 5,1 |
Индекс инсулинорезистентности НОМА, усл. ед. |
2,0 ± 1,2 |
1,3 ± 0,9 |
1,0 ± 0,1 |
С-пептид, нг/мл |
2,9 ± 0,8 |
2,3 ± 0,7 |
0,9 ± 0,1 |
Тиреотропный гормон, мкМЕ/мл |
1,6 ± 0,7 |
1,9 ± 0,8 |
1,9 ± 1,0 |
Фолликулостимулирующий гормон, мМЕ/мл |
3,7 ± 1,4 |
4,3 ± 1,2 |
4,6 ± 1,7 |
Лютеинизирующий гормон, мМЕ/мл |
3,0 ± 1,3 |
2,9 ± 1,3 |
3,2 ± 1,8 |
Пролактин, мМЕ/л |
190 ± 100 |
167 ± 81 |
178 ± 82 |
Эстрадиол, пмоль/л |
87,5 ± 34,2 |
113,6 ± 46,6 |
86,8 ± 34 |
Общий тестостерон, нмоль/л |
15,0 ± 3,7 |
15,0 ± 4,8 |
17,2 ± 3,5 |
Глобулин, связывающий половые стероиды, нмоль/л |
25,1 ± 10,3г |
26,4 ± 10,1д |
37 ± 13,4гд |
Свободный тестостерон, нмоль/л |
0,37 ± 0,13 |
0,35 ± 0,13 |
0,35 ± 0,08 |
Общий тестостерон / эстрадиол |
0,19 ± 0,07 |
0,15 ± 0,08е |
0,23 ± 0,13е |
Примечание. Статистически значимая разница между группами: а – 1–3 = 0,033; б – 1–3 = 0,011; в – 1–3 = 0,015; г – 1–3 = 0,012; д – 2–3 = 0,017; е – 2–3 = 0,007.
Следовательно, можно говорить о том, что прямые и обратные связи в гипофизарно-гонадной системе у обследованных мужчин вне зависимости от наличия избыточной массы тела или абдоминального типа отложения жира сохраняют свое функциональное значение. Отсутствие изменений в содержании пролактина и тиреотропного гормона в сыворотке крови позволяет исключить также наличие других эндокринных патологий, таких как нарушения функции щитовидной железы или гиперпролактинемия, способствующих формированию андрогенного дефицита в организме [10]. В работе [8] показано, что уровни гонадотропных гормонов и пролактина не меняются при нарастании массы тела как у фертильных мужчин, так и у мужчин с бесплодием, при этом авторы выявили снижение содержания в сыворотке крови тестостерона, ГСПГ и величины отношения тестостерон/эстрадиол у мужчин с ожирением, но не с избыточной массой тела. В работе [5] авторы выявили достоверное снижение уровней тестостерона и ГСПГ, а также повышение содержания эстрадиола в сыворотке крови, у субфертильных мужчин только с выраженным ожирением. Можно предположить, что обнаруженное нами снижение содержания общего тестостерона у мужчин в группах 1 и 2 только на уровне тенденции может быть связано с тем, что к этим группам отнесли мужчин не только с ожирением, но и с избыточной массой тела.
Можно предположить, что эффекты изученных факторов риска и ожирения на формирование бесплодия у обследованных мужчин могут реализовываться в большей степени через нарушения процессов сперматогенеза. Так, в работе [14] суммированы сведения о негативных эффектах курения, приема алкоголя, приема лекарственных средств, радиации, различных химических соединений, включая пестициды и тяжелые металлы, других поллютантов, а также ожирения, на репродуктивную систему, а именно снижение количества сперматозоидов, нарушения их морфо-функциональных характеристик и т.д. В работе [6] выявлены корреляционные взаимосвязи показателей, характеризующих качество спермы, с величинами массы тела, обхватов талии и бедер у бесплодных мужчин.
Заключение
Результаты проведенного исследования указывают, что с проблемой отсутствия беременности в браке чаще обращаются мужчины, имеющие избыточную массу тела и ожирение, занимающие руководящие должности и испытывающие постоянные эмоциональные стрессы. При этом абдоминальный тип отложения жировой ткани у них сопровождается высокой частотой хронического простатита. На относительный дефицит продукции половых стероидов у этих мужчин указывает снижение содержания ГСПГ в сыворотке крови, что является компенсаторной реакцией, направленной на поддержание эффективной концентрации свободного тестостерона в крови.
Рецензенты:
Поляков Л.М., д.м.н., профессор, заместитель директора, ФГБУ «НИИ биохимии» СО РАМН по научной работе, руководитель лаборатории медицинских биотехнологий, г. Новосибирск;
Лушникова Е.Л., д.б.н., профессор, заведующая лабораторией цитологии и клеточной биологии, ФГБУ «НИИ региональной патологии и патоморфологии» Сибирского отделения РАМН, г. Новосибирск.
Работа поступила в редакцию 15.01.2014.
Библиографическая ссылка
Епанчинцева Е.А., Епанчинцева Е.А., Селятицкая В.Г., Шеина Ю.И., Лутов Ю.В. СВЯЗЬ ФАКТОРОВ РИСКА И ГОРМОНАЛЬНЫХ МЕХАНИЗМОВ БЕСПЛОДИЯ С ИЗБЫТОЧНОЙ МАССОЙ ТЕЛА И АБДОМИНАЛЬНЫМ ТИПОМ ОТЛОЖЕНИЯ ЖИРА У МУЖЧИН // Фундаментальные исследования. – 2013. – № 12-2. – С. 200-204;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=33304 (дата обращения: 16.08.2024).