Введение

Экономическая безопасность региона является фундаментом для социально-экономического развития, устойчивости при защите интересов территории в условиях внешних и внутренних вызовов. Архангельская область занимает стратегическое положение в Северо-Западном федеральном округе и обладает значительным природно-ресурсным и промышленным потенциалом, однако сталкивается с рядом сложностей. В современной науке подчеркивается, что оценка и своевременное принятие мер по обеспечению национальной безопасности становятся приоритетом как для страны в целом, так и для каждого региона [1, 2]. Обеспечение экономической безопасности принадлежит к числу приоритетов социально-экономического развития региона. Как подчеркивают И. И. Смотрицкая и С. С. Шувалов, одним из индикаторов качества государственного управления на макроэкономическом уровне является мультипликатор государственных расходов, отражающий их влияние на стимулирование экономического роста страны, что актуально и для регионального уровня [3].

Экономическая безопасность региона – это совокупность условий и факторов, характеризующих текущее состояние экономики, стабильность, устойчивость и поступательное ее развитие; одновременно это степень интеграции региональной экономики с экономикой России и региональной независимости [4].

Архангельская область – субъект РФ на севере Европейской части России. В ее отраслевой структуре преобладает обрабатывающая промышленность (деревообработка, целлюлозно-бумажное производство, машиностроение), а с учетом Ненецкого автономного округа – также добывающая промышленность [5, 6].

Цель исследования – комплексная диагностика уровня защищенности региональной экономики Архангельской области на основе индикаторного и SWOT-анализа и обоснование и разработка комплекса стратегических рекомендаций по нейтрализации выявленных угроз и обеспечению долгосрочной устойчивости региона.

Материалы и методы исследования

Для анализа уровня экономической безопасности региона использовалась методика оценки ЭБ региона, разработанная в рамках дисциплины «Экономическая безопасность» в Уральском государственном экономическом университете. Она основана на сравнении фактических значений 10 показателей с установленными пороговыми значениями. Данные индикаторы наиболее полно характеризуют состояние производства, инноваций, социальной сферы, демографии и инвестиций, что позволяет комплексно оценить экономическую безопасность региона. Важной методологической особенностью сбора статистической базы исследования является учет специфики административно-территориального устройства Архангельской области, а макроэкономические показатели реального сектора, такие как объем ВРП на душу населения, доля обрабатывающих производств, доля инвестиций, рассчитаны по Архангельской области, включая Ненецкий автономный округ из-за их производственно-логистических связей. При этом показатели социальной и демографической сферы, такие как коэффициент Джини, доля населения ниже прожиточного минимума, депопуляция и безработица, были проанализированы по Архангельской области без учета НАО, что позволило устранить статистические искажения и получить объективную оценку уровня жизни населения региона.

По каждому индикатору определяется отклонение от нормы: если он соответствует порогу или имеется положительная динамика, то это свидетельствует об отсутствии угроз, превышение порога или ухудшение динамики говорит о нарастании рисков. Аналогичный подход – зонная теория с применением индикативного метода и пороговых значений – широко используется в российской практике оценки экономической безопасности регионов, в том числе применительно к показателям уровня жизни населения [7]. При оценке экономической безопасности Кировской области Ф. Е. Смирнов, С. В. Чучкалова также использовали нормирование показателей и выделение зон риска на основе сопоставления с пороговыми значениями [8]. При этом многие авторы сходятся во мнении, что для регионов Севера и Арктики, к которым относится Архангельская область, необходим пересмотр самих пороговых значений с учетом специфических условий [9].

Интегральный показатель экономической безопасности рассчитан методом линейного нормирования (индексного анализа), что позволяет оценить не просто факт выполнения норматива, а глубину отклонения показателей от безопасных границ.

Для показателей-стимуляторов, рост которых укрепляет безопасность (ВРП, доля обрабатывающих производств, инвестиции, затраты на НИОКР), расчет частных коэффициентов Ki производился по формуле

Ki = Kфакт / Kпорог.

Для показателей-дестимуляторов, рост которых усиливает угрозы (износ фондов, коэффициент Джини, бедность, безработица, депопуляция, преступность), использовалась формула

Ki = Kпорог / Kфакт.

Чтобы избежать математических искажений при значительном перевыполнении нормативов по дестимуляторам, например при слишком низкой безработице, значения частных коэффициентов в безопасной зоне ограничивались сверху единицей Ki ≤ 1,0.

Интегральный индекс I рассчитывался как среднее арифметическое полученных коэффициентов. Интерпретация результатов осуществлялась по следующей шкале: I ≥ 1,0 – высокий уровень экономической безопасности; 0,8 ≤ I < 1,0 – средний; менее 0,8 – низкий.

Информационную базу исследования составили данные официальной статистики (Росстат, Регионы России. Социально-экономические показатели за 2023–2024 гг., Паспорт Архангельской области)1, а также стратегические и программные документы: Указ Президента РФ о Стратегии национальной безопасности, Указ Президента РФ о Стратегии экономической безопасности2, 3, областной закон об утверждении Стратегии социально-экономического развития Архангельской области до 2035 г., государственная программа «Экономическое развитие и инвестиционная деятельность в Архангельской области».

Период наблюдения охватывает 2020–2024 гг. Анализ динамики за 5 лет позволяет выделить позитивные и негативные тенденции, что в совокупности укажет либо на устойчивость, либо на ослабление экономической безопасности региона. Методологическая основа включает индикаторный анализ, динамический анализ, SWOT-анализ.

Результаты исследования имеют методологические ограничения:

− Во-первых, выводы чувствительны к выбору системы индикаторов и их пороговых значений, которые носят нормативно-экспертный характер и не в полной мере учитывают специфику северных и арктических территорий, такую как повышенные издержки производства и жизнеобеспечения населения.

− Во-вторых, надежность интегральной оценки зависит от полноты данных официальной статистики Росстата и региональных ведомств, в которой присутствует временной лаг (актуальные данные публикуются с задержкой в 1–1,5 года), а также происходят методологические изменения в расчете отдельных показателей, что может временно снижать сопоставимость динамических рядов.

Результаты исследования и их обсуждение

Первичный анализ статистических данных, которые представлены в табл. 1, выявляет глубокие диспропорции в социально-экономическом развитии Архангельской области. Несмотря на стабильное превышение порогового значения по объему ВРП на душу населения и формальное соблюдение нормативов по безработице, износу фондов и преступности, в регионе фиксируется опасное отставание в инвестиционной, инновационной и демографической сферах, а для точной оценки глубины этих отклонений и масштаба угроз авторами был применен метод линейного нормирования, результаты которого изложены далее. Также для обеспечения методологической прозрачности отметим, что показатель преступности рассчитан как количество зарегистрированных преступлений в расчете на 100 тыс. чел., а пороговое значение (не более 5000 ед.) обосновано классическими методиками Института экономики УрО РАН.

В целях обеспечения сопоставимости показателей и корректности динамического анализа количественная оценка выполнена на основе итоговых данных Федеральной службы государственной статистики за 2020–2024 гг., опубликованных в сборнике «Регионы России. Социально-экономические показатели» и на официальном сайте ведомства.

В целях обеспечения сопоставимости показателей и корректности динамического анализа количественная оценка выполнена на основе итоговых данных Федеральной службы государственной статистики за 2020–2024 гг. В открытом доступе на момент проведения исследования отсутствовали сопоставимые данные за 2025 г. по всему спектру 10 базовых социально-экономических индикаторов, в связи с чем хронологические рамки основного индикаторного анализа ограничены 2024 г. включительно. Однако для обеспечения полноты исследования оценка сопутствующего фактора бюджетной устойчивости региона была расширена и доведена до 2025 г. включительно на основе привлечения оперативной ведомственной отчетности Министерства финансов Архангельской области.

Таблица 1

Показатели экономической безопасности Архангельской области

Примечание: составлена авторами на основе данных, полученных в ходе исследования и источников:

1) Регионы России. Социально-экономические показатели. 2025: Стат. сб. / Росстат. М., 2025. 1037 c. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Region_Pokaz_2025.pdf (дата обращения: 23.09.2026).

2) Официальная статистика / Управление Федеральной службы государственной статистики по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (Архангельскстат). [Электронный ресурс]. URL: https://29.rosstat.gov.ru/ofstatistics (дата обращения: 24.09.2026).

На основе показателей табл. 1 можно сделать следующие выводы:

Объем ВРП на душу населения превышает пороговое значение на протяжении всего исследуемого периода в диапазоне от 113,5 до 123,2 %, что связано с высокой долей добывающего сектора в НАО и ростом цен на энергоносители.

Доля обрабатывающих производств в промышленности демонстрирует критически низкое значение, снижение составляет с 43,6 до 29,2 % из-за опережающего роста добывающего сектора, а также спада в ЛПК и машиностроении.

Степень износа основных фондов несмотря на то, что находится в допустимой зоне, имеет тенденцию к росту с 45,9 до 51,0 %, что свидетельствует о накопленном износе инфраструктуры и низких расходах на обновление. В этой связи следует учитывать вывод Е. Б. Дворядкиной и П. С. Куклиновой о том, что в регионах с преобладающим влиянием производственных факторов (а именно состояние основных фондов, технологический уровень) политика регулирования немонетарных факторов инфляции должна быть дифференцированной и нацеленной именно на модернизацию реального сектора [10].

Снижение доли инвестиций в ВРП региона с 24,9 до 15,7 % характеризуется ухудшением инвестиционной активности реального сектора, так как в условиях геополитического давления в 2022–2024 гг. лесопромышленный комплекс и машиностроение региона столкнулись с разрывом логистических цепочек, блокировкой экспорта в европейские страны и критическими трудностями при импортозамещении высокотехнологичного оборудования, что и вынудило крупных региональных инвесторов временно заморозить долгосрочные проекты, а также перенаправить ресурсы на текущие операционные процессы. Данная тенденция коррелирует с выводами исследователей о трансформации инвестиционных процессов в северных регионах РФ [11].

В инновационной сфере сложилась особо критическая ситуация, так как доля внутренних затрат на исследования и разработки в ВРП составляет 0,16–0,20 %, что существенно ниже порогового значения, а аналогичное отставание фиксируется и в других регионах: например, в Брянской области доля затрат на НИОКР не превышает 0,4 % ВРП [12], в Кировской области внутренние затраты на исследования и разработки находятся в зоне повышенного риска [13].

Хроническое превышение порогового значения коэффициента Джини свидетельствует о глубоком внутрирегиональном социальном расслоении, а причинный контур данного неравенства носит дуальный характер. Так, с одной стороны, сказывается очаговая дифференциация, поскольку, сверхдоходы добывающего сектора, локализованного преимущественно в Ненецком автономном округе, входящем в состав Архангельской области, резко контрастируют с доходами населения в лесопромышленных, аграрных и периферийных районах, а с другой стороны, фиксируется межотраслевой дисбаланс, при котором заработные платы в сырьевом секторе существенно опережают доходы работников бюджетной сферы и обрабатывающей промышленности, что повышает риски для социальной стабильности региона [14].

Необходимо подчеркнуть, что в рамках данного исследования сознательно оценивается уровень зарегистрированной безработицы на основе данных Федеральной службы по труду и занятости, который в 2024 г. составил 1,1 %, позволяет оценить давление на бюджетную систему региона в части социальных выплат, несмотря на то, что общая безработица по методологии МОТ в регионе выше и достигает 2,7 %. Уровень безработицы находится в пределах порога и составляет 1,0–4,8 % из-за сокращения трудоспособного населения, но позитивная динамика уровня безработицы скрывает глубокие структурные деформации регионального рынка труда, поскольку наблюдается «демографическое сжатие» и формирование жесткого кадрового дефицита, а данная тенденция обусловлена эффектом устойчивой депопуляции, старением локальной рабочей силы и миграционным оттоком квалифицированных специалистов и молодежи в центральные регионы страны, в результате чего возникает вынужденный рост заработных плат для удержания сотрудников, усиливаются издержки региональных предприятий и создается дополнительное давление на бюджетную систему [15].

Коэффициент депопуляции превышает порог и находится в диапазоне 1,75–2,2 из-за высокой смертности, низкой рождаемости и оттока молодежи, а аналогичная ситуация наблюдается также в Тамбовской области, что оценивается как реальная угроза экономической безопасности [16]. Показатель уровня преступности ниже порога и составляет от 1568 до 1741.

В табл. 2 представлены результаты расчета частных нормированных коэффициентов и интегрального индекса экономической безопасности Архангельской области за 2020–2024 гг.

Анализ рассчитанных нами нормированных коэффициентов позволяет перейти к оценке глубины отклонений и выявить скрытые структурные тренды: так, на протяжении всего исследуемого периода интегральный индекс экономической безопасности Архангельской области стабильно находился в зоне низкого уровня в узком диапазоне от 0,759 в 2020 г. до 0,716 в 2024 г., а локальный максимум защищенности пришелся на 2020 год, после чего зафиксировано снижение индекса на 5,6 %, что указывает на долгосрочный и застойный характер существующих угроз.

Таблица 2

Нормированные частные показатели и интегральный индекс экономической безопасности Архангельской области

Примечание: составлена авторами на основе полученных данных в ходе исследования.

Таким образом, данный анализ позволяет разделить исследуемые индикаторы на три группы:

− стабильно безопасная зона, где коэффициент равен 1,000 и выше, которая обусловлена положительным значением ВРП из-за высокой ценовой конъюнктуры на рынках углеводородов добывающего сектора Ненецкого автономного округа, а износ основных фондов 51 % в 2024 г. удерживается в рамках предельно допустимых значений;

− зона умеренного риска, где коэффициент от 0,500 до 0,999, включает позитивный тренд частного индекса доли населения с доходами ниже прожиточного минимума с увеличением от 0,636 до 0,854, что отражает сокращение бедности с 11 % до 8,2 %, при этом коэффициент Джини стабильно удерживается на опасной отметке 0,519 от норматива, характеризуя социальное расслоение внутри субъекта;

− зона критической угрозы, где коэффициент ниже 0,500, обусловленный критическим уровнем частного индекса затрат на НИОКР и снижением доли инвестиций в ВРП с 0,996 в 2020 г. до 0,628 в 2024 г. Вместе с тем частный индекс депопуляции 0,526 отражает некомпенсируемость естественной и миграционной убыли населения.

Таким образом, можно наблюдать, как метод линейного нормирования доказал, что низкий уровень экономической безопасности Архангельской области характеризуется критическим ослаблением инновационно-инвестиционного базиса и демографическим кризисом, которые не могут быть компенсированы исключительно за счет стабильно высоких объемов валового регионального продукта добывающего сектора.

Также дополнительным значимым фактором, не вошедшим в основной индикаторный набор, является бюджетная устойчивость региона, а для оценки бюджетной устойчивости региона применена методика Г. Б. Поляка, основанная на сопоставлении расходов консолидированного бюджета и суммы собственных и регулирующих доходов, где расчет выполнен по данным об исполнении консолидированного бюджета Архангельской области за 2021–2025 гг. (табл. 3).

Данная методика выделяет четыре типа устойчивости бюджетной системы:

‒ абсолютно устойчивое: Р < Дс + Др – расходы покрываются без привлечения доп. источников;

‒ нормальное: Р = Дс + Др – полная сбалансированность;

‒ неустойчивое: Р = Дс + Др + Ид – требуются дополнительные источники;

‒ кризисное: Р > Дс + Др + Ид – расходы превышают все источники покрытия [17].

Результаты расчета показывают, что на протяжении всего периода консолидированный бюджет Архангельской области находился в неустойчивом состоянии (тип 3 по классификации Г. Б. Поляка). Для верификации данного вывода были проанализированы первичные данные Министерства финансов Архангельской области об источниках финансирования дефицита бюджета, вследствие чего установлено, что значение показателя дополнительных источников (Ид) формировалось за счет привлечения коммерческих кредитов банковских организаций, выпуска государственных ценных бумаг субъекта и использования остатков средств на счетах. Ежегодная потребность в привлечении данных инструментов (от 4,5 млрд руб. в 2022 г. до 19,9 млрд руб. в 2023 г.) подтверждает неустойчивый тип бюджетной системы. Ежегодно требовалось привлечение дополнительных источников финансирования для покрытия расходов. Объем дополнительных источников варьировался от 4,5 млрд руб. (2022 г.) до 19,9 млрд руб. (2023 г.). В 2025 г. данный показатель составил 14,5 млрд руб.

Таблица 3

Оценка устойчивости консолидированного бюджетаАрхангельской области по методике Г. Б. Поляка, млн руб.

Примечание: составлена авторами на основе годовых отчетов об исполнении консолидированного бюджета Министерства финансов Архангельской области за 2021–2025 гг.

Таблица 4

SWOT-анализ экономической безопасности Архангельской области

Примечание: составлена авторами на основе полученных данных в ходе исследования.

Скачки показателя Ид связаны с неравномерным поступлением безвозмездных перечислений из федерального бюджета, их снижение в 2023–2024 гг. с 54,2 до 37,9 млрд руб. при росте расходов привело к увеличению потребности в дополнительных источниках до 18–20 млрд руб. Переход консолидированного бюджета в категорию «неустойчивых» на протяжении всего анализируемого периода обусловлен хроническим опережением темпов роста расходов над динамикой собственных налоговых и неналоговых доходов, а сокращение безвозмездных поступлений из федерального бюджета в 2023–2024 гг. вынудило субъект активно замещать их коммерческими займами. Таким образом, зависимость региональной казны от кредитов банковских организаций приводит к росту затрат на обслуживание государственного долга, что сужает пространство для финансового маневра и ограничивает возможности прямого бюджетного финансирования региональных инвестиционных и инновационных программ [18].

Представим SWOT-анализ в табл. 4. С целью выявления приоритетов всем факторам присвоены экспертные оценки от 1 до 5 в зависимости от их влияния на экономическую безопасность.

Далее составим взаимосвязанные факторы и подробнее охарактеризуем пять значимых пар:

− S1 (высокий подушевой ВРП) + O3 (развитие Северного морского пути). Такое сочетание можно использовать для преодоления сырьевой зависимости, например использовать сверхдоходы от добывающего сектора для диверсификации отраслевой структуры экономики региона;

− S4 (ресурсная база) + O1 (развитие ЛПК). Например, на базе лесных ресурсов можно реализовать проекты по глубокой переработке древесины, которые в перспективе могут увеличить долю обрабатывающей промышленности и увеличить количество рабочих мест;

− S2 (низкая безработица) + W8 (отток населения). Низкая безработица только формально показывает уровень благополучия, но скрывает дефицит кадров. Необходимо улучшить программы закрепления населения (жилье, социальная инфраструктура, повышение качества жизни), чтобы остановить отток, в особенности молодежи и квалифицированных специалистов;

− W2 (критически низкие затраты на науку и инновации) + O4 (государственная поддержка инноваций и импортозамещения). Например, надо создавать региональные механизмы софинансирования НИОКР, налоговые льготы для инновационных предприятий, использовать федеральные гранты и программы для создания научно-образовательных центров по профильным для региона направлениям (лесопереработка, биотехнологии, арктические технологии);

− W6 (бедность выше порога) + T5 (ухудшение инвестиционного климата). Например, использовать бюджетную обеспеченность от добывающего сектора для сохранения социальных программ, поддержки занятости в моногородах, развития малого предпринимательства как альтернативы инвестициям.

Предложенные пять стратегических пар охватывают ключевые направления повышения экономической безопасности региона: диверсификацию экономики, кадровое обеспечение и закрепление населения, инновационное развитие и социальную устойчивость. Их реализация требует оптимизации бюджетной, инвестиционной и социальной политики с учетом специфики Архангельской области как арктического и лесопромышленного региона.

Применительно к рассматриваемому региону это могут быть следующие рекомендации для минимизации рисков и угроз.

Согласно Стратегии до 2035 г. Архангельской области, нейтрализация угроз ведется по четырем направлениям:

− сохранение и развитие человеческого капитала (здравоохранение, образование, культура, спорт, благосостояние);

− создание комфортного пространства для жизни (жилье, инфраструктура, транспорт, городская среда, экология);

− обеспечение устойчивого экономического роста (инновации, рынок труда, поддержка бизнеса, сельские территории, развитие кластеров и экспорта);

− консолидация населения и развитие гражданского общества (доверие, молодежь, безопасность, семья, гражданское единство)4.

В соответствии с государственной программой «Экономическое развитие и инвестиционная деятельность в Архангельской области» нейтрализация угроз ведется по пяти направлениям:

− развитие промышленности и инвестиций (инвестклимат, производительность труда, ГЧП);

− поддержка малого и среднего предпринимательства (финансы, инфраструктура, экспорт, инновации);

− совершенствование управления экономикой (стратегическое планирование, оценка регулирующего воздействия, эффективность органов власти);

− организация государственных закупок (эффективность расходов, конкуренция, централизация);

− регулирование тарифов (сбалансированная ценовая политика, доступность услуг)5.

Заключение

Проведенная диагностика на основе метода линейного нормирования подтвердила низкий уровень экономической безопасности Архангельской области, где интегральный индекс на протяжении всего исследуемого периода стабильно находился в диапазоне от 0,714 до 0,759 при нормативе ≥ 1,0, а основные риски региона связаны с низким финансированием инноваций, спадом в инвестиционной сфере и устойчивой депопуляцией, несмотря на высокие объемы ВРП сырьевого сектора.

Кроме того, оценка бюджетной устойчивости по методике Г. Б. Поляка выявила неустойчивое состояние консолидированного бюджета. На основе SWOT-анализа выделены пять стратегических пар, реализация которых поможет повысить уровень экономической безопасности Архангельской области, а для повышения предложены меры по диверсификации промышленности, развитию инноваций, сохранению численности населения на территории региона, снижению бедности и улучшению инвестиционного климата.

Реализация предложенных рекомендаций позволит снизить влияние проблем и укрепить экономическую безопасность региона в долгосрочной перспективе, и при любом сценарии развития Архангельская область будет характеризоваться сырьевой специализацией, в связи с чем необходимо рассмотреть вопросы глубокой переработки сырья, добываемого в регионе, на модернизируемых обрабатывающих предприятиях, что, в свою очередь, позволит региону получить выигрыш за счет роста добавленной стоимости как в условиях глобализации, так и при изменении геоэкономической ситуации.