Научный журнал
Фундаментальные исследования
ISSN 1812-7339
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 1,074

ОЦЕНКА ВЛИЯНИЯ ВОЗРАСТНОЙ И ГЕНДЕРНОЙ СТРУКТУРЫ НАСЕЛЕНИЯ НА ДИФФЕРЕНЦИАЦИЮ ДОХОДОВ

Козлова О.А. 2, 1 Шеломенцев А.Г. 2 Гончарова К.С. 2
1 Уральский государственный экономический университет
2 ИЭ УрО РАН
В статье приводятся результаты оценки влияния социально-демографических факторов (возрастной и гендерной структуры) на дифференциацию доходов населения (коэффициентом фондов и индексом Джини) на примере Уральского федерального округа: Свердловской, Челябинской, Курганской, Тюменской (без автономных округов) областей, Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов. Результатом проведенного исследования является установление наличия и характера связей между исследуемыми факторами и степенью неравенства в доходах населения, а также возможное их объяснение посредством анализа социально-экономического положения регионов (степени отраслевой диверсифицированности, уровня заработных плат, занятого и безработного населения). Полученные результаты в дальнейшем могут быть использованы для пересмотра и адаптации инструментария, используемого для выравнивания степени дифференцированности доходов населения, под экономическую и социально-демографическую специфику регионов.
дифференциация доходов
неравенство
социально-демографические факторы
1. Бобков В.Н., Гулюгина А.А., Зленко Е.Г., Одинцова Е.В. Сравнительные характеристики индикаторов качества и уровня жизни в российских регионах: субъекты, федеральные округа, Арктика // Уровень жизни населения регионов России. – 2017. – № 1(203). – C. 50–64.
2. Жердецкая Е.С. неравенство в распределении доходов и экономический рост: поиск взаимосвязи // Вестник Алтайского государственного аграрного университета. – 2015. – № 7 (129). – С. 190–195.
3. Зленко Е.Г. Особенности условий формирования денежных доходов населения и стоимости жизни в Арктической зоне России // Уровень жизни населения регионов России. – 2017. – № 1(203). – C. 65–75.
4. Любимов И. Взгляд на эволюцию неравенства доходов: Пикетти против Кузнеца – 60 лет спустя // Экономическая политика. – 2016. – Т.11, № 1. – С. 27.
5. Регионы России. Основные характеристики субъектов Российской Федерации [Электронный ресурс]. – URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b16_14s/Main.htm (дата обращения: 25.07.2017).
6. Регионы России. Социально-экономические показатели [Электронный ресурс]. – URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1138623506156 (дата обращения: 25.07.2017).
7. Труд и занятость в России. 2015: Стат. сб. / Росстат [Электронный ресурс]. – URL: http://www.gks.ru/free_doc/doc_2015/trud15.pdf. (дата обращения: 25.07.2017).

Дифференциация в уровне доходов населения, является естественным и необходимым явлением рыночной экономики, создающим экономические стимулы для индивидов, заключающиеся в мотивации к более продуктивному труду, созданию инноваций и инвестиций, а также для более эффективного использования имеющегося в обществе набора ресурсов. С другой стороны, усиление процесса дифференциации повышает риски возникновения финансово-экономических и политических кризисов, роста социальной напряженности в обществе, снижения экономической (в том числе, как следствие, снижение объема совокупного спроса), предпринимательской активности [2] населения.

Таким образом, неравномерность распределения доходов и их возможное концентрирование у ограниченной части населения [4] является неоднозначным явлением в современной экономической науке, что доказывает необходимость всестороннего исследования, заключающегося в оценке причин его формирования и последствий для различных сфер жизни и деятельности человека. При этом должны быть рассмотрены как экономические [1], так и неэкономические факторы [3].

Цель и методы исследования

В данной работе рассмотрены именно неэкономические факторы формирования неравенства по доходам населения: возрастного состава населения в трудоспособном и нетрудоспособном возрасте и его гендерная структура, которым уделено мало внимания в современных исследованиях, но которые также имеют важное влияние на дифференциацию посредством социальных и демографических сдвигов.

Целью исследования является определение существенных социально-демографических факторов, имеющих влияние на дифференциацию доходов населения.

Для достижения поставленных целей и задач были использованы следующие методы:

1. Для выявления наличия и качества взаимозависимостей между исследуемыми параметрами, а также определения факторов, имеющих на них влияние, были использованы математические методы статистического анализа в части построения корреляционно-регрессионных моделей, а также графическая интерпретация полученных расчетов, позволяющая более наглядно представить анализируемые зависимости.

2. Для формулирования итоговых выводов исследования были использованы методы анализа и обобщения, для объяснения полученных в ходе исследования результатов, и метод прогнозирования, позволяющий описать наблюдаемые тенденции в перспективе.

Исходной информацией для данного исследования являются официальные статистические данные, содержащиеся в ежегодном сборнике «Регионы России», издающемся Федеральной службой государственной статистики [6].

С целью анализа и сопоставления социально-экономического положения рассматриваемых в работе регионов УрФО за период с 2010 по 2015 гг. были использованы данные, опубликованные Росстатом в сборнике «Регионы России. Основные характеристики субъектов Российской Федерации – 2016 г. [5]». Информационная часть сборника подготовлена на основе опубликованных справочных материалов [5]. Для анализа данных, отражающих региональное положение ранее 2010 г. был использован сборник «Регионы России. Социально-экономические показатели».

Результаты исследование и их обсуждение

В результате проведенного исследования были получены следующие результаты:

1. Возрастная структура населения.

Результаты корреляционно-регрессионного анализа показали присутствие следующей взаимосвязи:

- при увеличении процента лиц младше трудоспособного возраста среди населения региона происходит снижение дифференциации доходов. Данная тенденция характерна для анализируемых регионов, за исключением Ханты-Мансийского автономного округа – здесь связи между анализируемыми показателями не обнаружено;

- рост численности трудоспособного населения в регионах УрФО не выявил влияния на дифференциацию доходов населения, за исключением ХМАО, где увеличение доли населения в трудоспособном возрасте влияет на рост дифференциации доходов (корреляционная связь между показателями прямая);

- рост численности лиц старше трудоспособного возраста вызывает усиление неравенства по доходам в Свердловской и Челябинской областях (корреляционная связь обратная). Для региона ХМАО при росте населения старше трудоспособного возраста показатели неравенства доходов снижаются (корреляционная связь обратная);

- в Курганской области и ЯНАО связь между показателями динамики доли трудоспособного и нетрудоспособного населения и дифференциации доходов не выявлена.

Для всех групп регионов рост дифференциации доходов с ростом численности населения в трудоспособном возрасте говорит о значительной неравномерности вклада номинальной и реальной заработной платы в формирование дифференциации по доходам, что подтверждается наличием обратной зависимости между дифференциацией и численностью населения старше трудоспособного возраста, соответственно, начисленные пенсии не увеличивают неравенство (исключение Свердловская область, где неравенство так же усиливается при росте данного параметра).

Представляет интерес тот факт, что с ростом численности городского населения происходит снижение неравенства по доходам (при росте численности сельского населения дифференциация в доходах усиливается), что может свидетельствовать о более широких возможностях получения в городе доходов от вторичной занятости.

2. Гендерная структура населения.

Согласно данным Федеральной службы государственной статистики в регионах УрФО [6], для которых было установлено наличие связи между анализируемыми показателями, в среднем за 5 лет сложилась следующая гендерная структура: 47 % мужчин и 53 % женщин (рис. 1).

Расчетные коэффициенты анализа показали наличие прямой зависимости между показателями дифференциации доходов и составом населения по половому признаку в Свердловской, Курганской, Челябинской и Тюменской областях, а также обратной связи в Ханты-Мансийском автономном округе (рис. 2). В ЯНАО связи между показателями не обнаружено.

Выявленная зависимость между ростом дифференциации доходов и ростом численности женщин в гендерной структуре населения Свердловской, Челябинской, Курганской областей и Ханты-Мансийского автономного округа может быть обусловлена отраслевой диверсифицированностью экономики. Так, высокая отраслевая диверсификация региона позволяет существовать на рынке товаров и услуг большому количеству организаций, различных форм и направлений деятельности, соответственно, рынок труда здесь будет шире, чем в регионах с моноотраслевой структурой. Таким образом, возможности для трудоустройства в Свердловской, Челябинской и Курганской областях, где доля крупнейшей отрасли в экономике региона не превышает 36 %, а число отраслей – более трех (обрабатывающие производства (в среднем по трем областям) – 29,3 %, оптовая и розничная торговля – 14 %, операции с недвижимым имуществом (для Свердловской области) – 12 %, транспорт и связь – 13 % и сельское хозяйство – 12 % (для Курганской области), прочие отрасли, доля которых составляет менее 10 % в общей структуре – 44,3 % (в среднем)), шире, чем в Ханты-Мансийском автономном округе, в котором отрасль добычи полезных ископаемых составляет более 70 %.

koz1.wmf

Рис. 1. Гендерная структура населения регионов УрФО

koz2.wmf

Рис. 2. Анализ зависимостей показателей неравенства по доходам и гендерной структурой населения регионов УрФО

koz3.wmf

Рис. 3. Соотношение уровней занятости и безработицы в гендерной структуре регионов УрФО

Ограниченный спрос на рынке труда (количество работодателей) создает рамки предлагаемой заработной платы (так как рынок не конкурентен), что должно приводить к определенному выравниванию дохода среди работающих граждан. Принимая во внимание, что в ведущей отрасли ХМАО – добыча полезных ископаемых – удельный вес женщин в общей численности работников – 19,30 %, что является одним из самых низких значений среди рассмотренных отраслей, можно предположить, что при росте данного показателя (удельный вес женщин в общей численности работников), рост которого связан с общим ростом количества женщин, проживающих в данном регионе, тенденция дифференцирования доходов будет снижаться.

В то же время для регионов со средне- и высокодиверсифицированной по отраслям экономикой однонаправленность тенденций роста численности женщин и уровня дифференциации доходов обозначена двумя факторами: во-первых, неравномерностью уровня заработных плат между отраслями (разница между средней заработной платой женщин в отрасли «сельского хозяйства» и отрасли «операции с недвижимым имуществом» составляет 53,5 %), во-вторых, кумулятивным эффектом в разнице заработных плат между мужчинами и женщинами (в среднем по исследуемым отраслям заработная плата мужчин на 25 % выше, чем у женщин), обусловленным более высокой долей занятости женщин в представленных в регионе отраслях (в среднем процент занятости здесь составляет 42,3 % против 19,3 % в отрасли «добыча полезных ископаемых»).

Уровень безработицы среди женщин в ХМАО – один из самых низких в УрФО (в среднем он ниже на 1,6 %, чем аналогичный показатель в других регионах). При этом показатель уровня занятости женщин в регионе [7] – самый высокий – 75,6 % (рис. 3).

Соотношение уровня работающих и безработных женщин в Ханты-Мансийском автономном округе, при влиянии отраслевой специфики и специализации региона, может быть рассмотрено как один из факторов отрицательной корреляции (обратной связи) между ростом числа женщин в гендерной структуре населения и дифференциацией доходов: высокий процент занятости женщин в моноотраслевом регионе выравнивает доходы до среднего уровня по ведущей отрасли, а низкий процент безработицы, в свою очередь, не оказывает на уровень доходов существенного давления, так как размеры выплачиваемых социальных трансфертов вцелом населению региона в данном случае невысоки (так как невысок уровень безработицы).

Наоборот, для регионов с положительной корреляционной связью между исследуемыми параметрами характерны противоположные тенденции в уровнях занятости и безработицы. Здесь уровень безработицы, среди женщин выше, чем в ХМАО и ЯНАО, а уровень занятости, ниже, соответственно, повышается значение социальных выплат (в данном случае по безработице), но влияние дифференциации заработных плат между отраслями остается на прежнем уровне (с некоторым лаговым значением), в связи с высокой конкурентностью рынка труда.

Помимо отраслевой структуры и уровня занятости и безработицы в регионах на характер исследуемых связей могут иметь влияние множество других факторов, не рассмотренных в данном анализе (например: возрастная гендерная структура, уровень социальных выплат и прочее). Тем не менее рассмотренные выше факторы могут быть приняты как одни из важнейших, так как, с одной стороны, они имеют устойчивое влияние на характер взаимодействия (отраслевая структура), а с другой, отражают кратко- и среднесрочные движения конъюнктуры рынка труда.

Выводы

В целом полученные результаты исследования позволяют сделать вывод о наличии влияния возрастной и гендерной структуры населения на уровень неравенства в обществе: каждый из рассмотренных факторов нашел подтверждение в своей значимости влияния на дифференциацию доходов населения на примере субъектов РФ Уральского федерального округа. При этом важно заметить, что степень значимости факторов и направление зависимостей между показателями (прямые, обратные связи) различается в зависимости от специфики социально-экономического развития региона. Так, важными параметрами для оценки результатов являются региональная отраслевая диверсифицированность, уровень занятости и безработицы, уровень оплаты труда и прочее.

Таким образом, дальнейшее направление исследований, посвященных уровню дифференциации доходов населения отдельных регионов, может быть посвящено отдельному анализу определения различных подходов к рассмотрению социально-экономической политики в сфере управления неравенством в каждой из групп регионов.

Публикация выполнена при поддержке гранта РФФИ-ОГОН. Проект № 16-02-00164.


Библиографическая ссылка

Козлова О.А., Шеломенцев А.Г., Гончарова К.С. ОЦЕНКА ВЛИЯНИЯ ВОЗРАСТНОЙ И ГЕНДЕРНОЙ СТРУКТУРЫ НАСЕЛЕНИЯ НА ДИФФЕРЕНЦИАЦИЮ ДОХОДОВ // Фундаментальные исследования. – 2017. – № 11-2. – С. 403-407;
URL: http://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=41957 (дата обращения: 08.12.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074