Жизнь человека, вероятно, сплошь состоит из актов духовного рождения и каждый раз, когда человек рождается, его духовный горизонт захватывает какая-то определенность мира, предметность его сознания. Ценности возникают как определенная универсальная любовь к предметностям мира, присутствующим в момент очередного духовного рождения. Эта ситуация весьма схожа с привязанностью только что вылупившегося цыпленка к предмету, захватившему его внимание в момент рождения. Этот предмет дан вместе с бытием и рассматривается как форма его бытия.
Задача духовного возвышения жизни образовывающегося человека состоит, с одной стороны, в том, чтобы человек «всеми фибрами души» страстно любил жизнь во всем ее многоцветии, многоголосии, с другой стороны, чтобы он умел менять акцент с предметной определенности мира на саму энергийность любовного переживания им мира на себя как любящего. Навык такого изменения акцента, систематически осуществляемый в сфере образования, в принципе создает предпосылки возвышения энергии любви до ее предельных значений.
Необходимо принципиально настаивать, чтобы предельно «овнешненного» в наше время человека обратить к универсально любящему самому себе, как наивысшему сокровищу, потому что только внутри себя человек содержит тот волшебный «сим-сим, откройся!», сокровища которого могут с лихвой обеспечить и мирскую жизнь человека. Но как суметь услышать этот голос мудрости внутри своей души? Как, услышав его однократно, суметь наладить с ним общение, диалог между Я и Ты?
Мудрость, конечно, не может быть ничем иным, как живой связью всего со всем. Универсальность - атрибут мудрости. Значит, что вытекает из нашего предшествующего обсуждения, мудрость является не чем иным, как «голосом духа». Но мудрость мысленно определенна, значит, мудрость есть не просто «чистая» энергия связи всего со всем, но энергия ценностного бытия, воплощенная в мыслительную форму, схваченная в определенности мысли. Мудрость - это постоянная беседа с духом, это улавливание в определенность мыслительных форм его энергии как «голоса универсума». В человеке универсум культуры «беседует» с универсумом. Мыслительная форма человеческой души - первая форма истолкования «речи» универсума. Можно ли человеку добиться постоянства «бесед» с универсумом? Содержанием мыслительных форм, указателями являются орудия, символы, знаки, категории.
В учениях аксиологического онтологизма, опирающихся на представления о слоях строения мира и встроенности в него Человека, выделяются группы ценностей, предметная сторона которых определяется соответствующими группами культурных средств. Соотнесение предметных характеристик ценностей, исследуемых разными типами учений с предметностями (слоями) мира, выделяемыми основными группами культурных средств, созданных человеком, лишают эти ценности всяческих мистических характеристик, если выявленные нами особенности проявления в жизни человека, в его ценностях предметного строения мира, выделяемого соответствующими культурными средствами, дополнить знаниями о соответствующих им энергичных характеристиках. Но первые три типа теорий не соотносят энергичную сторону жизни человека с самими ценностями. Она представляется психическими процессами, не объединенными естественным образом, опираясь на которые человек реализует предметную направленность ценностей. Функция управления психическими процессами и их объединение отводится рациональной сфере - разуму человека. Вопрос о том, откуда может браться энергия, если ее недостает для реализации ценностей, часто не рассматривается вообще или даются советы «подпитываться» из Космоса. В качестве еще одного источника энергии рассматриваются и люди. Конечно, рассказы о «энергетическом вампиризме» построены только с позиции осуждения этого явления и защиты от него, но все же - слово сказано, хотя и не позволяет понять, почему даже у одного и того же человека на одни дела энергии не хватает, а для других она может появиться даже избыточно. И только теории, разрабатываемые в рамках аксиологического онтологизма, позволяют выявить неразрывное единство Культуры и Природы, возникшее в человеке и только в нем, и как проявление этого - единство энергетической и предметной сторон ценностей.
Существенный шаг в направлении к пониманию духовной энергии был сделан неоплатониками в учении о Первоедином: «Он - такая энергия, которая выше жизни, ума, выше мудрости», «вовсе не субстрат, а чистая первая энергия», «нечего опасаться, что эта первая энергия оказывается как бы без сущности или субстанции, ибо она может быть представлена как ипостась (все заключающая в своей энергии)». И далее: «Иное дело, если полагать (началом) ипостась без энергии, тогда, конечно, то начало, которое должно быть совершеннее всех начал, оказалось бы несовершенным уже потому, что (последующее) появление в нем энергии было бы нарушением его единства. Итак, если верно, что энергия совершеннее, чем сама сущность, и первенство всегда принадлежит самому совершенному, ясно, что энергия есть самое первое». Полнота бытия, блага достигается человеком путем отрешения от определенностей мира, от определенностей ума, от определенности вообще, от «что», утверждается в этом отрешении «ничто», которое абсолютно полно энергией. Универсальным словом мы схватываем эту нерастраченную полноту, стоящую за любой определенностью мира и мысли о мире.
Обновление ценностного бытия осуществляется по ступеням:
- Критика всеобщей определенности мыслительных форм.
- Доведение этой всеобщей определенности до «состояния ничто».
- Срыв Я в пропасть реального ничто данной мыслительной формы и бесконечные молниеносные блуждания его в пучине связи всего со всем, стихии духа, где открыты все возможности движения мысли во всех направлениях, где скрыты все живые тайны универсума, схватывание отгадки и фиксация ее в слове. Тем самым Я добывает из глубин универсума опреде ленное конституирующее начало новой мыслительной формы (так и напрашивается образ ныряльщика за жемчугом), то есть Я расщепляет атом мыслительной формы своей души, само переживая вторую фазу реального ничто (ведь расщеплена мысль его души), смыкается (идентифицируется) с реальным ничто мыслительной формы и уже безраздельно, нераздельно с нею уносится в бесконечные виражи универсума (акт духовной мутации). Поистине реальное ничто - это творческое все.
- Утверждение добытой в глубинах универсума ценности, истины в качестве Я-ценности, Я-истины, в качестве определенности относительного и эквивалентного полюсов мыслительной формы моей души, в качестве новой мыслительной формы. Так начинает обновляться вся душа до тех пор, пока она трудится: «Душа обязана трудиться и день, и ночь, и день, и ночь». В обновлении ценностного бытия души, естественно, коренится обновление отношений, обновление культуры. Н. Бердяев, безусловно, прав, говоря, что миры, новые миры рождаются только в «горнем мире».
Философия - любовь к мудрости. Философствующий человек открывает свои душевные «глаза и уши» для мудрости, которая может ему открыться только изнутри, из его внутреннего опыта. Внутренний опыт есть, он не ни иллюзия. Он есть подлинная реальность, и при том драгоценная реальность, - самая драгоценная из всех. Первый луч солнца должен озарить детскую колыбель: только тогда дитя станет "солнечным ребенком", а взрослый человек понесет через жизнь "лучезарное сердце". Дух живет повсюду, где появляется или переживается людьми - Совершенство. Инстинкт должен радоваться духовному совершенству - встречать его умилением, благодарностью, любовью.
Ибо "воспитать" значит сделать из ребенка не преуспевающего чревоугодника, а духовно-зрячего, сердечного и цельного человека с крепким характером. А для этого надо зажечь и раскалить в нем как можно раньше духовный "уголь": чуткость ко всему Божественному, волю к совершенству, радость любви и вкус к доброте. Это откроет ему путь вверх и даст ему духовную свободу. И тогда может однажды настать тот прекрасный день, когда им действительно овладеет сверхличное пламя духа и он явится людям как Божие орудие - как светящий и призывающий факел своего народа.
Человеческий дух есть дух инстинкта, а человеческий инстинкт есть инстинкт духа. И, может быть, близится счастливое время, когда люди поймут этот закон, примут эту истину и пойдут по этому пути. От этого зависит все будущее нашей культуры». Представляется, что слова о законе, связывающем дух и инстинкт, точно схватывают суть того, что можно назвать законом обратного отношения между степенью предметной определенности мыслительной формы и степенью её энергийности.
Любовь оказывается инвариантом человеческой жизни в целом, то есть жизнью по преимуществу, жизнью вообще, жизнью как таковой безотносительно к многочисленным предметам любви. В традиционных обществах, да и в капиталистическом обществе недалекого прошлого энергия универсальной любви (любви как таковой) была весьма жестко привязана либо к патриархальным нормам общежития, либо к собственности, либо к деньгам как всеобщему эквиваленту, к другим предметно определенным ценностям цивилизации.
В религиозно возвышенных вариантах универсальная любовь сосредотачивается на универсуме (Боге, Аллахе, Будде ... в зависимости от религиозной ориентации). В частности, в христианстве она становится Агапэ - самоотверженной жертвенной любовью. Апофатическое богословие, определяя Бога отрицательными предикатами как абсолютно закрытую для земного человеческого разумения Сущность, тем не менее, находит слова в рамках «земного разумения», которые обозначают абсолютную границу человеческого постижения универсума.
Роль культурно-исторических форм двояка: они служат для энергетической «раскрутки» духа (генетического акта), обращения его к самому себе, для самопознания и в то же время - для символической самореализации. «Различные продукты духовной культуры языка, научного познания, мифология, искусство, религия становятся, таким образом, при всем их внутреннем различии, звеньями одной великой цепи проблем.
Самокультурная форма жизнедеятельности человека - предпосылка ценностного бытия. Культура является неотъемлемым моментом ценностного бытия. Буквально, как известно, слово «культура» переводиться: «возделывание», «почитание», «воспроизводство», «поклонение». Культура - это возделыванием почитание формы отношения человека и миру. Любая вещь материальной культуры содержит в себе как природный материал, так и форму, которую человек придал этому материалу. Возможность формы ее выделения содержится в природе, а действительность формы связана с культурной фиксацией этой формы человеком. Найденная, открытая форма должна быть общественно закреплена, т.е. усилена с помощью группового эффекта, когда люди повторяют действия открывшего форму индивида.
Культура в целом представляет собой совокупность открытых и закрепившихся в жизни людей форм отношений к миру. Но жизнь развивается, изменятся, поэтому какие-то формы прежней жизни устаревают, перестают быть актуальными, исчезают, забываются. Изменившись, культура требует себе новых знаков, новых признаков, новой разметки. Культура вынуждена обновляться вместе с жизнью. Она имеет направленность не только на внешнюю природу, но и на внутреннюю природу человека.
Культура организует энергию, переживания, стремления человека. Культура внедряется во внутреннюю природу человека, как правило, с помощью приостановки его естественных природных процессов. Эта приостановка природного процесса осуществляется через момент отрицания, ограничения, запрета, табулирования. Запрет, как плотина на реке аккумулирует, концентрирует энергию жизни. Гегель соотносил культуру с «задержанным вожделением», но видимо высшая культура заключается в «вожделенной задержанности».
Культура, даже в ее элементарной форме, задает отношение, дистанцирует человека от мира и по-новому соединяет человека и мир. Человек предстает как существо относящееся. Обратимся к структуре отношения как такового.
Любое отношение имеет четыре простые момента:
- объект отношения - мир существующий сам по себе, независимо от человека по своим закономерностям;
- субъект отношения - активная, творческая, свободная сторона отношения, сам человек (индивид, группа, народ, человечество);
- средство отношения - культурная форма, то, что человек помещает между собой и миром в качестве проводника воздействия на мир и проводника обратного действия мира на человека. Таким образом, через средство (культуру) человек осуществляет взаимодействие с миром;
- предмет отношения - объект, взятый в отношении к субъекту через средство (культуру).
Таким образом культура предстает «призмой» через которую мир для человека становиться предметным.
Библиографическая ссылка
Нагорная В.А. ЦЕННОСТИ ЧЕЛОВЕКА КАК ЕГО СМЫСЛ // Фундаментальные исследования. – 2005. – № 3. – С. 112-115;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=5911 (дата обращения: 17.08.2024).