В условиях модернизации российского образования вопросы подготовки педагогических и преподавательских кадров приобретают все более актуальное звучание. На первый план выходят проблемы развития и преобразования устойчивых характеристик профессионального менталитета в условиях дополнительного образования. Традиционные подходы к повышению квалификации зачастую не могут преодолеть противоречий:
-
между уровнем развития личностно-профессионального потенциала и изменяющимися требованиями к его личности и профессиональной деятельности со стороны социума;
-
между уровнем профессиональных притязаний и осознаваемыми возможностями;
-
между необходимостью гуманизации образования, как условия демократизации и гуманизации общества, и преобладанием в реальном образовательном пространстве традиционного прескриптивного подхода.
Выявление и обоснование образовательных возможностей влияния на ментальные характеристики личности и социума Б.С. Гершунский назвал важнейшей задачей философии образования для XXI века, ее иерархически высшей целью, без которой трудно рассчитывать на эффективность каких бы то ни было прогрессивных реформаторских преобразований в обществе.
Интерес к структуре профессионального менталитета возник у российских исследователей в конце 80-х годов XX века, в эпоху кардинальных политических и социально-экономических перемен. До сих пор детальному рассмотрению подвергается профессиональный менталитет инженеров, предпринимателей, врачей, военнослужащих, студентов, психологов, педагогов. Смысл этих поисков сводится к определению компонентов (характеристик) профессионального менталитета и возможностей внешнего «допингового» воздействия с целью их преобразования (развития, коррекции, формирования) в условиях активных перемен общественных, а вслед за этим, - и профессиональных приоритетов. Эти задачи становятся приоритетными для структур дополнительного профессионального образования, осуществляющих повышение квалификации дипломированных кадров.
Так что же собой представляет профессиональный менталитет и возможно ли пролонгированное воздействие на ментальные структуры в краткосрочном периоде, ограниченном продолжительностью курсовой подготовки кадров?
Сложность исследовательской задачи обусловлена как масштабностью вышеназванного явления, так и отсутствием единой междисциплинарной системной теории менталитета, способной объединить поливариантные трактовки определения, структуры, динамики развития и механизма функционирования менталитета.
Контент-анализ научной литературы показывает, что понятие «менталитет» трактуется неоднозначно и рассматривается с разных позиций в психологии, социологии, истории, экономике, политике, культурологии, философии, имиджелогии, педагогике. Тем не менее большинство исследователей отмечают в структуре менталитета устойчивые константы: жизненные установки, модели поведения, эмоций, настроений, систему взглядов, оценок, норм и умонастроений, основывающихся на имеющихся в данном обществе знаниях и верованиях и задающих вместе с доминирующими потребностями и архетипами коллективного бессознательного иерархию ценностей, присущих данному обществу и культурной традиции.
Одно из представлений структуры менталитета мы находим у Ж. Дюби, на которого ссылается А.В. Новиков [6]. Согласно взглядам Ж. Дюби менталитет состоит из четырех слоев.
Первый, наиболее глубинный - связан с биологическими свойствами человека, основа менталитета, природные инварианты, выступающие на уровне генетического кода. К этому же слою относятся долговременные структуры архетипического или ценностного порядка. Второй слой содержит элементы ментальности, которые состоят из представлений и моделей поведения, присущих многим поколениям. Это инварианты национальной истории, которые формируются в результате ключевых событий этногенеза, влияют на формирование стереотипов национального поведения и неосознанно воспроизводятся в каждом последующем поколении. Они долговременны, но не вечны. Третий слой содержит трансформации, соответствующие общим изменениям в политической, социальной и экономической сферах жизни общества. Четвертый слой наиболее быстротечный и поверхностный уровень, который формируется в пределах относительно небольших общностей (деревни или производственного коллектива) под воздействием местных особенностей.
Таким образом, проступает структура менталитета с относительно динамичным поверхностным слоем, который можно отнести, в том числе, к профессиональной группе.
Знаменательно выделение из структуры менталитета, представленного национальной, социально-общественной, групповой и индивидуальной составляющими, наиболее подвижного внешнего слоя, называемого «ментальность», которую Л.Н. Пушкарев (1995 г.) определил как личностную или социальную память человека или коллектива, свойственную только ему, характеризующую только его или его круг, слой, общество, народ, к которому он принадлежит.
Для нашего исследования важно положение о том, что ментальность - это не только вновь порождаемое, но и воспроизводимое качество человека [5, 8]. Именно к этому наиболее подвижному слою менталитета следует отнести профессиональный менталитет, в исследовании которого мы опирались на работы Обориной Д.В. (1992 г.), О.Л. Медведковой (1999 г.), О.И. Гусаченко (2005 г.), И.Ю. Поспеловой (2007 г.), В.А. Сонина (2007 г.) и др.
Мы согласны с утверждением, что, выявив составляющие и особенности процесса формирования менталитета современного педагога, можно определить набор средств и методов, способствующих направленной ценностной коррекции профессионального менталитета педагога в условиях системы повышения квалификации [3].
Попробуем представить структуру менталитета личности и профессионального менталитета, в котором выделим компоненты профессиональной ментальности.
В схематическом отображении, с нашей точки зрения, менталитет представляет собой многоуровневую интегративную структуру сферической формы, устойчивым ядром которой является уровень менталитета нации (включая народы, этносы, проживающие на одной территории). Следующий, менее устойчивый в историческом ракурсе, уровень менталитета - социально-общественный. Вместе они образуют ту основу менталитета, которая «отражает атаки» внешнего воздействия (специально организованных условий ментальных преобразований) в краткосрочном периоде.
Третий, более удаленный от ядра, слой представляет групповой менталитет, который можно дифференцировать по секторам: профессиональный, гендерный, социальных групп (социальные роли) и проч.
Наконец, внешним слоем мы считаем индивидуальный менталитет. Исследователи имеют дело с третьим и четвертым уровнями менталитета, которые мы назовем ментальностью, подчеркнув тем самым относительную динамичность этих компонентов общей структуры менталитета.
Таким образом, с нашей точки зрения, профессиональный менталитет является динамической подструктурой личностного менталитета, опирается на национальный, общественный менталитет, определяется особенностями индивидуального ментального опыта и репрезентуется в профессиональной деятельности через структурные компоненты: аксиологический (профессиональные ценности, нормы, цели), мотивационный (готовность к инновационной деятельности) и установочный (репрезентация ментального опыта в профессиональной деятельности).
Под развитием, в обозначенном контексте, мы понимаем процесс создания условий для преобразования компонентов профессионального менталитета педагога (преподавателя) с целью актуализации гуманистической, личностно-ориентированной, диалогической направленности профессиональной деятельности.
Задача системы повышения квалификации в современных условиях обозначена как создание условий для приобретения педагогами образовательного опыта гуманистической направленности, осмысления своего профессионального мировоззрения, усиления собственной индивидуальности и неповторимости, выработки профессионального поведения, соответствующего личностно-ориентированному подходу в образовании [7].
Структура и динамическая сущность менталитета допускает внешнее влияние в режиме ускоренного «допингового», опосредованного (через создание условий) воздействия на поверхностные, взаимосвязанные (индивидуальные, профессиональные) ментальные слои: ценности, нормы, цели, мотивы, установки. Таким образом, процесс образования (в том числе, в условиях дополнительного профессионального образования) можно рассматривать как процесс, преобразующий ментальную сферу личности.
При моделировании процесса развития профессионального менталитета мы опирались на концептуальную модель системы исследовательски ориентированного повышения квалификации педагогических кадров [2] и следующие методологические подходы:
-
антропологический - учет андрагогических принципов построения образовательного процесса обучения взрослых: самостоятельность, совместность, опора на личный опыт, актуализация результатов, элективность, контекстность и проч.;
-
личностно-центрированный подход - оказание фасилитирующего воздействия на педагога, помощи «в освобождении собственных резервов как личностного, так и профессионального роста, что приводит, в конечном итоге, к становлению гуманистического мировоззрения» [9];
-
полисубъектный (диалогический) - формирование профессиональных новообразований гуманистической направленности: трансцендентность, эмпатийность, толерантность, конгруэнтность, совместность, рефлексивность [1];
-
эргономический - реализация одного из пяти, к сожалению, не самого популярного направлений эргономики, связанного с гуманизацией труда, поиском «смысла своего труда через утверждение чувства собственного достоинства» [10].
Названные подходы детерминируют совокупность принципов как «наиболее общих норм, устанавливающих требования к организации, содержанию, технологиям и результатам» обучения. К таким принципам мы отнесли следующие: психологической безопасности образовательной среды, педагогической реабилитации, внутренней мотивации, индирективности, диалогизма, профессионального самоопределения, креативности, актуализации, успешности и достижимости результатов обучения и др.
Наиболее эффективными элементами курсовой подготовки, способствующими созданию условий для развития ментальных характеристик, стали мотивационный и проектировочный блоки. В рамках этих структурных компонентов, в качестве мотиваторов, актуализируются личностный аспект и чувство собственного (профессионального) достоинства; создается ситуация успеха, достижимости и личной значимости результатов в условиях реализации группового исследовательского проекта. Таким образом, мотивация приобретает личностную значимость, становится внутренним стимулом, затем перерастает в поисковую активность, формирование намерения, принятия решения и - действие. Описывая эту схему, Е.П. Ильин уточняет, что с началом действия (в нашем случае - группового проекта) мотив не исчезает, он остается в памяти, придавая смысл этому действию. При достижении запланированного результата и удовлетворении потребности мотив закрепляется в долговременной памяти как опыт (поведенческая установка) [4].
Итоги пролонгированного исследования показали позитивную динамику в формировании диалогически направленных компонентов профессиональной ментальности педагогов и преподавателей. Одним из критериев комплексной диагностики стал показатель завершенности и внедрения инновационных программ в послекурсовой период, который, по нашим данным, превысил 60%.
Практика использования рабочей модели курсовой подготовки педагогов в Иркутском областном ИПКРО и преподавателей сузов и вузов в МРЦПК ИрГТУ показала, что воздействие на ментальные структуры в краткосрочном периоде возможно при создании условий, среди которых следует выделить:
-
использование личностно значимых мотиваторов, связанных с чувством собственного достоинства и здоровьесбережения;
-
создание в процессе обучения диалогически направленной среды;
-
обеспечение личного успеха в рамках специально организованного группового исследовательского проекта.
Рецензенты:
-
Кузьмичева А.А., д.ф.н., профессор, зав. кафедрой социологии и социальной работы ФГБОУ ВПО ИрГТУ, г. Иркутск.
-
Наумов И. В., д.ист.н, профессор, заведующий кафедрой истории и философии ФГБОУ ВПО ИрГТУ, г. Иркутск.
Работа поступила в редакцию 02.03.2012.
Библиографическая ссылка
Попова Е.А., Зелинская Е.В., Толмачева Н.А. О ВОЗМОЖНОСТЯХ РАЗВИТИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО МЕНТАЛИТЕТА В УСЛОВИЯХ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ // Фундаментальные исследования. – 2012. – № 3-3. – С. 620-623;URL: https://fundamental-research.ru/ru/article/view?id=29769 (дата обращения: 17.08.2024).